Литва
Жамойть и Литовская Республика. Летописную Литву сюда не относим: кем она была — один из главных споров (см. эпоху 3).
Какая сила стоит за звеном — наша разметка, не Тараса. Звено может относиться к нескольким линиям.
Эпоха 1 · Долетописный период до IX в.
Откуда белорусы: главный спор
Все наши книги согласны в трёх вещах: до славян здесь жили балты; со второй половины I тыс. сюда пришла славянская речь, сначала на юг, потом на север; балты и славяне смешались, и балтский след остался в названиях рек, в облике людей, в говорах. Спорят о пропорции и о том, как это произошло. Первая схема — «балтский » (её развивали Е. Карский, В. Седов, держатся Штыхов, Чернявский, Голубович, Саверченко, академическая «История Беларуси» 2007 г.): славяне пришли, и в «славяно-балтском синтезе» с местными балтами начался будущий белорусский народ. Академическая «История Беларуси» делит этот путь на три ступени: V–VIII вв. — балтские культуры (банцеровская, длинных курганов), VIII–IX вв. — сильный приток славян, X–XI вв. — славяне становятся основным населением; причём, по её авторам, иногда и балты ассимилировали славян. Та же книга, ссылаясь на антропологов, называет белорусов прямыми потомками древнего местного населения — то есть соединяет первую схему со второй. Вторая — «автохтонная балтская» (сборник Тараса, А. Дермант и С. Санько): массовой миграции не было, малые группы принесли язык, и белорусы — «славяноязычные балты». Третья — у Загорульского: славяне пришли на север Беларуси поздно, но быстро ассимилировали балтов, и белорусы сложились только на славянской основе, позже, из . Литовский историк Гудавичюс смотрит со стороны балтов: для них приход славян был «вторжением», которое в VII–IX вв. ославянило днепровских балтов. Тарас замечает, что славянская версия родилась в Российской империи и служила её политике; Загорульский, наоборот, упрекает национальных авторов в поиске «прабелорусов» там, где их ещё не было. (Наше пояснение: большинство историков относит само складывание белорусской народности к XIV–XVI вв., далеко за пределами этой эпохи; в российской и советской науке белорусы, русские и украинцы выводятся из общей древнерусской народности Киевской Руси.)
Открыть в цепочке эпохи 1 →Эпоха 2 · Древние княжества IX — середина XIII в.
Всеслав Чародей: вершина Полоцкого княжества
Сын Брячислава Всеслав правил больше полувека (1044–1101). Летопись пишет, что мать родила его «от волхвования», а «Слово о полку Игореве» рисует князем-оборотнем, который ночью волком добегал из Киева в Тмутаракань и слышал в Киеве звон полоцкой Софии; отсюда прозвище Чародей. При нём построен Софийский собор (середина XI века) — древнейшее каменное здание Беларуси и третий такой храм после киевского и новгородского; в нём хранились архив, библиотека и казна. Собор подчёркивал, что Полоцк равен Киеву и Новгороду. Всеслав присоединил к Полоцку Минск, Витебск, Оршу и другие земли, а также часть латышских и литовских земель; жители побережья Рижского залива платили ему дань. Он воевал с сыновьями Ярослава Мудрого за северные города: в 1065 году пошёл на Псков, в 1066 году взял Новгород и увёз колокола и паникадила его Софии; академическая «Гісторыя Беларусі» видит в этих походах борьбу Полоцка с торговыми соперниками за западную торговлю. Умер он 14 апреля 1101 года; летопись указала даже час его смерти — единственный такой случай в летописях. Все книги согласны, что при Всеславе Полоцкое княжество достигло наибольшей силы.
Открыть в цепочке эпохи 2 →Литва рядом: от данников к союзникам
Литва впервые названа в 1009 году (Кведлинбургские анналы). В 1040-х годах Ярослав Мудрый ходил на литву и заставил её платить дань; по Гудавичюсу, это грозило литовцам русификацией, но их спас распад Руси, и к 1131 году они освободились. Со второй половины XII века отношения меняются: полоцкие князья берут литовские отряды в свои походы (1156, 1161, 1180, 1198, против немцев в 1216 году), а летописи часто пишут о совместных походах полочан и литвы; рассказ «Слова о полку Игореве» о гибели полоцкого князя Изяслава Васильковича в бою с литовцами — одно из немногих известий об их вражде. С конца XII века литовские князья объединяются в конфедерацию и сами начинают систематически ходить на русские земли и на Двину. Где именно лежала тогдашняя и кем были её люди, разбирается уже в следующей эпохе. Для этой эпохи важно другое: Полоцк и литва всё теснее срастались, а в XIII веке в Полоцке начнут править князья с литовскими именами.
Открыть в цепочке эпохи 2 →Итог: белорусское государство или земля общей Руси?
К 1240-м годам на землях Беларуси были свои княжеские династии, десятки городов, епархии, книжность и традиция веча. Единого государства не было: Полоцкая земля раздробилась на уделы, Туров и Пинск жили отдельно, Понеманье тянулось к Волыни и к Литве, юго-восток — к Чернигову и Смоленску. Как назвать то, что сложилось, — главный спор книг об этой эпохе. Одни видят в Полоцком княжестве первое белорусское государство и ядро нации, другие — часть общего древнерусского мира с одной верой, языком книг и родом . В центре спора — понятие . Расходятся даже два тома академической «Гісторыі Беларусі»: первый называет единую древнерусскую народность мифом и выводит белорусов из смешения славян с балтами, второй признаёт у князей и книжников общее «русское» самосознание, хотя объединение, по его выводу, так и не завершилось. Почти все сходятся в одном: белорусов в нынешнем смысле тогда ещё не было, но именно здесь, в этих землях, их вере и письменности, лежат их корни. Экономическая история Голубовича прямо замечает, что сам этот спор сегодня скорее политический, чем исторический.
Открыть в цепочке эпохи 2 →Эпоха 3 · Возникновение ВКЛ 1240-е — 1316
Загадка имени: где была первая «Литва»
Слово «Литва» впервые появляется в немецких Кведлинбургских анналах под 1009 годом; с XI века его часто употребляют польские и немецкие хроники. Что оно значило и где именно лежала ранняя, , источники прямо не говорят, и это признаёт даже школьный учебник Штыхова. От ответа зависит, чьё государство потом выросло из этой земли, поэтому вопрос давно стал политическим. Белорусская национальная школа (Н. Ермолович, Тарас, Саверченко, авторы сборника Тараса 2010 года) помещает древнюю Литву на верхнем Немане, между Новогородком, Минском, Молодечно и Слонимом: здесь много сёл с названием Литва и фамилий от слова «литвин». Академическая «Гісторыя Беларусі» (2008) занимает среднюю позицию: «Литва в широком смысле» лежала в основном на территории нынешней Литовской Республики, но захватывала и прилегающие земли северо-запада Беларуси, до озера Свирь и окрестностей Лиды. Том 1 той же «Гісторыі Беларусі» (2007) отдаёт Ермоловичу должное: он полностью опроверг тезис о литовском завоевании белорусских земель во второй половине XII века, но его Литву между Минском, Молодечно и Слонимом авторы считают недостаточно обоснованной. Литовская историография (Гудавичюс) видит «Литовскую землю в узком смысле» на востоке нынешней Литовской Республики, вокруг Вильнюса и загадочного замка Воруты. О происхождении самого слова тоже спорят: от названия речки, от западнобалтского корня или, как у Тараса, от слова, означавшего дружину. (Наше пояснение: большинство польских, российских и западных историков ближе к литовской версии, но допускают, что эта Литва заходила и на северо-запад нынешней Беларуси.)
Открыть в цепочке эпохи 3 →Миндовг: из пяти князей — один
В договоре с Галицко-Волынским княжеством 1219 года Литву представляют пять «старших» князей и ещё два десятка младших; среди старших названы братья Довспрунк и Миндовг. По разбору академической «Гісторыі Беларусі», союз этот не был союзом равных: одна династия господствовала над остальными не меньше двух поколений. Под 1235 годом летопись говорит о «Литве Миндовга», значит, была ещё Литва не его. За следующее десятилетие Миндовг одних соперников убил, других изгнал (истребил, например, род Булевичей) и, по «Хронике Быховца», стал «княжить во всей земле Литовской один». Гудавичюс описывает это как рождение новых отношений: младшие князья из полных хозяев своих земель становились вассалами верховного правителя, а на покорённых землях Миндовг селил военных поселенцев из своего домена. Около 1245 года Ливонская рифмованная хроника уже называет его «верховным королём», русские летописи — великим князем. Так впервые возникла власть одного человека над всеми балтскими княжениями Литвы; без неё не было бы и ВКЛ. Чьим князем был сам Миндовг, историки спорят до сих пор.
Открыть в цепочке эпохи 3 →Новогородок под Миндовгом: приглашение или завоевание?
В середине 1240-х годов Новогородок, Слоним и Волковыск оказались под властью Миндовга, а в Новогородке сел его старший сын Войшелк. Это и есть зародыш будущего ВКЛ: балтская Литва соединилась со славянскими городами Понеманья. Сам факт признают все, но как это произошло, остаётся главным спором эпохи: от ответа зависит, было ли ВКЛ «литовским завоеванием» белорусских земель или общим делом. Летописи не сообщают ни о войне за Новогородок, ни о приглашении. Первый след связи — под 1235 (на деле 1238) годом Ипатьевская летопись упоминает новогородского князя Изяслава, по т. 1 «Гісторыі Беларусі» (2007), союзника или вассала Миндовга; сам город летопись впервые называет лишь под 1252 годом. Известно, что литовские дружины до этого десятилетиями грабили ослабленную Русь (при одном Миндовге — более 30 походов; по т. 1 «Гісторыі Беларусі», с 1205 по 1262 год они не меньше восьми раз ходили на Волынь через Пинское княжество), а в 1239 году литовский князь пытался закрепиться даже в Смоленске. Школьный учебник Штыхова предлагает средний вариант: изгнанный соперниками Миндовг с дружиной ушёл в Новогородок, горожане его поддержали, и он стал присоединять соседние земли «Чёрной Руси». Академическая «Гісторыя Беларусі» (2008) признаёт, что по имеющимся фактам выяснить, как Новогородок перешёл к Миндовгу, невозможно, и не принимает довод Ермоловича о приглашении: известию поздней Густынской летописи о православном крещении Миндовга авторы не верят. Зато они объясняют, зачем литовский князь был нужен Понеманью: под Рюриковичами край автоматически попадал в зависимость от Орды, а сильный сосед давал шанс её избежать. Больше того, по их мнению, именно боярские дружины Новогородка, Гродно и других городов, признавших Миндовга сюзереном, помогли ему подчинить родичей в самой Литве. Версий как минимум четыре, и они расходятся даже внутри одной страны: авторы сборника Тараса 2010 года, например, отвергают и «завоевание», и «приглашение» по Ермоловичу.
Открыть в цепочке эпохи 3 →Дурбе: союз с Орденом рушится
13 июля 1260 года жемайты разгромили у озера Дурбе войско Ливонского и Тевтонского орденов; погибли 150 рыцарей и магистр. Гудавичюс называет это величайшим поражением Ордена в XIII–XIV веках; вслед восстали курши и пруссы, и Великое восстание пруссов сковало Орден на полтора десятилетия. Даже белорусский школьный учебник подчёркивает, что главную роль в отпоре крестоносцам сыграли литовцы и жемайты. Жемайты предложили Миндовгу принять их под свою власть и вместе воевать с Орденом; под давлением племянника Тройната он согласился, изгнал немецких священников и снова объединил Жемайтию с Литвой. Союз с Западом, ради которого он крестился, рухнул, и Литва вернулась к войне, которая с перерывами продлится до Грюнвальда. Отрёкся ли Миндовг при этом от христианства, вопрос спорный.
Открыть в цепочке эпохи 3 →Язык и народ: кем были люди нового государства
Белорусского языка и белорусов в нынешнем смысле в XIII веке ещё не было, в этом сходятся почти все; спорят о том, из чего и когда они начали складываться. В договоре Смоленска с Ригой 1229 года, то есть за пределами ВКЛ, уже видны черты будущих белорусских говоров, а витебская берестяная грамота рубежа XIII–XIV веков показывает местное «цоканье». Около 1250 года, по хронологии учебника Штыхова, источники впервые называют белорусские земли «Белой Русью» (по т. 1 «Гісторыі Беларусі», это трактат по истории Европы «Описание земель», 1250–1260-е годы). Само слово «Русь» в XIII–XIV веках, по тем же авторам, уже означало все земли восточных славян православной веры, где бы они ни лежали. Внутри ВКЛ языки смешивались: литовская знать заимствовала у русских слова «бояре», «волость», «тиун», а позже литовские слова вошли в белорусские акты XV–XVI веков. Академическая «Гісторыя Беларусі» (2008) считает, что основание ВКЛ ускорило складывание белорусов, а «руский» (старобелорусский) язык стал общим языком для всех народов государства и языком его канцелярии; столичный статус Новогородка, по её авторам, помог сложиться среднебелорусскому говору, вокруг которого потом объединился язык. Этнограф М. Пилипенко (там же) добавляет промежуточный этап: ещё до ВКЛ население Понеманья — Новогородок, Гродно, Волковыск, Слоним — создало «первую белорусскую региональную культуру». А утверждение литовского академика З. Зинкявичюса о первых литовских молитвах времён Миндовга авторы считают очень гипотетичным: канцелярию Миндовга, вероятно, вели иноземцы-латинисты. Школы расходятся в главном: что считать основой белорусов, общую (древнерусскую) народность или местных , перешедших на славянский язык. От ответа зависит, чем выглядит ВКЛ: «чужим» государством для части русского народа, общим домом балтов и славян или государством самих белорусов-литвинов.
Открыть в цепочке эпохи 3 →Итог: чьё это государство?
К 1316 году, когда трон занял Гедимин, сложилось государство от Жемайтии до Полесья, с Новогородком, где, по белорусским историкам, была первая столица, и с Вильней, который, по Гудавичюсу, уже стал постоянной столицей. Оно остановило немецкую экспансию на восточном берегу Балтики и укрыло белорусские земли от власти Орды. На вопрос, чьё оно, есть как минимум четыре ответа. Старая российская и советская традиция видела в ВКЛ чужое для белорусов государство-угнетателя, а Москву — родной освободительницей. Литовская историография считает его литовским государством, присоединившим Русь; белорусская национальная — белорусским, созданным в Новогородке. Академическая «Гісторыя Беларусі» (2008) спорит с обеими крайностями: ВКЛ с самого начала было двухэтничным государством, в котором население белорусских земель играло существенную роль; поэтому она отвергает и распространённую у литовских и зарубежных историков схему «литовское государство постепенно подчинило Беларусь», и белорусские версии Ермоловича и Кравцевича о главенстве Беларуси. Том 1 той же истории (2007) в хронологии прямо называет государство Миндовга «Белорусско-литовским государством — основой Великого княжества Литовского». Международный круглый стол в Минске в 1992 году предложил компромисс: Белорусско-литовское (или Литовско-белорусское) государство, наследниками которого признаются все его народы. (Наше пояснение: большинство историков за пределами Беларуси и Литвы сегодня описывают ВКЛ как общее наследие литовцев, белорусов, украинцев и поляков.)
Открыть в цепочке эпохи 3 →Эпоха 4 · Расцвет ВКЛ 1316 — 1492
«Руская мова» и имена: литвины, русины, Белая Русь
Говорили в ВКЛ по-разному, в зависимости от земли и сословия, но государственные бумаги писали в основном на славянском языке, который тогда называли «руским» (). Литовский язык письменности ещё не имел, и актов на нём не составляли; писцами были русины, к ним добавлялись польские священники. Со второй половины XIV века этот язык закрепился как официальный язык документов и законов, а для дел с Западом писали по-латыни и по-немецки. В канцеляриях из говоров разных земель сложился общий письменный язык; в середине XV века тексты на нём для Москвы уже приходилось переводить. На нём читали и европейские повести — «Александрию», «Тристана и Изольду». Само название «руский», по оценке академической «Истории Беларуси», держалось не из-за особенностей речи, а из-за соперничества с Москвой: оба государства считали себя наследниками Киевской Руси. Как называть этот язык сегодня, спорят: белорусские авторы говорят «старобелорусский», Гудавичюс — «русинский» (наше пояснение: украинские историки — «староукраинский»). Сами себя жители наших земель называли «русь», «русины», «литвины», на Полесье — «палешуки»: литвинами чаще звали жителей Верхнего Понеманья, русинами — Подвинья и Поднепровья (). Название «Белая Русь» впервые встречается в польской хронике под 1382 годом, где Полоцк назван крепостью Белой Руси; что значит «белая», единого мнения нет. Слова «белорус» как имени всего народа ещё нет, но язык будущих белорусов уже стал языком государства.
Открыть в цепочке эпохи 4 →Эпоха 5 · Ослабление ВКЛ 1492 — 1569
«Русские», но не «московиты»
Долгие войны с Москвой заставили жителей русских земель ВКЛ отделять себя от соседей. В начале XVI века они называли себя «русскими» (русинами), а свою веру и язык «руской» верой и мовой, но московитов русскими не считали; для Москвы же они были , и в XVI веке это имя стало различать два народа. Скорину в Падуе записали «русином из Полоцка». Позже, отчасти чтобы отделиться от притязаний Москвы на всех «русских», распространились западные названия: Белой Русью звали Полоцкое, Витебское, Мстиславское и Смоленское воеводства, Чёрной Русью — Новогрудское и Минское. Историки сходятся, что такое самосознание касалось прежде всего шляхты и горожан: о том, кем считали себя крестьяне, источники почти молчат. Расходятся же в том, что это было: начало белорусов, общая «русинская» народность будущих белорусов и украинцев или часть общего политического народа ВКЛ, в который вливалась и русинская знать. Для темы книги это важная развилка: восточные славяне ВКЛ и Москвы, которых раньше объединяло имя «Русь», начали видеть друг в друге разные народы.
Открыть в цепочке эпохи 5 →Эпоха 10 · Национальное движение 1861 — 1918
Вильня под немцами: первые белорусские школы
Запад Беларуси вместе с Литвой немцы включили в свою оккупационную область . Режим был жёстким: по приказу Гинденбурга ввели налоги, штрафы и поборы натурой. С отходом на восток русских чиновников, священников и значительной части православных крестьян в зоне оккупации остались ополяченная шляхта, ксендзы и крестьяне-католики, говорившие по-белорусски, и польские организации уже в 1915–1916 годах открыли в Вильне и окрестностях около 50 школ, чтобы придать краю «польский облик». Чтобы ослабить польское влияние, немецкое командование поддержало белорусов, литовцев и евреев: обучение на русском запретили, а белорусский язык, «не идентичный русскому», допустили без ограничений — в официальные объявления и даже в паспорта. В Вильне Белорусский народный комитет Ивана Луцкевича и Алоиза Пашкевич (Тётка) открыли первые белорусские школы (первую — в ноябре 1915 года), учительские курсы и гимназию; Свислочская учительская семинария к концу 1918 года подготовила 144 белорусских учителя, а белорусских школ в Обер Осте в декабре 1917 года было 50, в марте 1918-го — 89. В Вильне вышли девять белорусских учебников, а с 1916 года — газета «Гомон», до 1918 года единственная белорусская газета на занятой немцами земле.
Открыть в цепочке эпохи 10 →От «нового ВКЛ» к независимой Беларуси: виленская линия
Под немецкой властью виленские белорусские деятели думали не только о школах. Перед войной они видели белорусов частью «края» в границах бывшего ВКЛ, а не отдельным государством. В конце 1915 года по их инициативе в Вильне возникла Временная рада Конфедерации Великого княжества Литовского — союз белорусских, литовских, еврейских и польских деятелей. Её программа, изданная на четырёх языках, предлагала отделить литовско-белорусские земли от России и создать независимое государство с сеймом в Вильне; братья Луцкевичи пришли к выводу, что Беларусь должна стать независимой в конфедерации с Литвой. В 1916 году Вацлав Ластовский подписал в Стокгольме обращение угнетённых народов России к президенту США Вильсону, а на конференции народов в Лозанне он и Иван Луцкевич впервые на международной трибуне заявили о праве белорусов быть «хозяевами на собственной земле». Но общее ВКЛ не складывалось: евреи боялись потерять российский рынок, поляки тянули край к Королевству Польскому, а литовские активисты опасались и польского влияния, и численного перевеса белорусов. В сентябре 1917 года с согласия немцев в Вильне без белорусов прошла Литовская конференция: она высказалась за независимую Литву в этнических границах и избрала Тарибу. Тогда же, летом 1917 года, тайная группа Ластовского «Сувязь незалежнасці і непадзельнасці Беларусі» выступила за объединение разрезанной фронтом Беларуси: «только независимая Беларусь может обеспечить все наши нужды». В январе 1918 года Белорусская конференция в Вильне создала Виленскую белорусскую раду и высказалась за объединение белорусских земель по обе стороны фронта. Восточнее фронта движение в 1917 году говорило ещё только об автономии в составе России, и эта разница потом сказалась в Раде БНР.
Открыть в цепочке эпохи 10 →БНР под немцами: язык, школы, флаг — без армии
Немцы БНР не признали: по Брестскому миру они обещали не признавать новых государств на землях бывшей империи, и рейхсканцлер ответил Народному секретариату, что Берлин считает Беларусь частью советской России. Не признали БНР и противники Германии — Антанта и США. Армию и милицию держать не разрешили и не пропустили домой 100-тысячную белорусскую армию с Румынского фронта. И всё же под их охраной шла мирная работа. 12 апреля белорусский язык объявили государственным; к июлю в Минске было около 20 белорусских начальных школ, открыли педагогический институт, гимназии в Слуцке и Браславе; за год вышли 6 газет, 3 журнала и 35 книг. По академическому т. 5, деятели БНР в 1918 году открыли 89 белорусских школ, учительские курсы в Вильне и Белорусское научное общество. Тогда же вышла «Беларуская граматыка для школ» Бронислава Тарашкевича (кириллицей и латиницей) — она впервые установила правописные нормы современного белорусского языка. БНР выдавала паспорта, утвердила герб и бело-красно-белый флаг; её, по Шибеке, признали Украина и Литва, затем Латвия, Эстония, Финляндия, Чехословакия. 12 июля секретариат отменил на своей территории декреты советской власти. Но после провозглашения независимости из Рады ушли представители земств, городов, русских и еврейских партий, а Громада раскололась. 25 апреля по инициативе Скирмунта Рада послала кайзеру Вильгельму II телеграмму с благодарностью за «освобождение» (за неё голосовали 35 членов Рады — меньше половины состава); результата она не дала, а движение расколола (Ластовский её не подписал). Литовская Тариба тем временем хотела забрать Вильню и Гродно, оставив белорусам лишь автономию. (Наше пояснение: советская историография называла БНР марионеткой немцев; с этим спорят историки национального направления.)
Открыть в цепочке эпохи 10 →Снаружи: немцы уходят, Красная армия входит в Минск
Судьбу БНР решили соседи. Литва хотела Вильню, поляки — восстановления Речи Посполитой, и идея нового ВКЛ поддержки не нашла. Ленин ещё в январе 1918 года был готов ради сохранения революции уступить Германии Польшу, Литву и другие земли, а Сталин учил, что самоопределение — «средство борьбы за социализм». Осенью правительство Антона Луцкевича вело переговоры с Москвой (в октябре — с Христианом Раковским, который, по дневнику Луцкевича, предлагал признать независимость Беларуси при одновременной федерации с советской Россией и советской конституции) и соглашалось даже на федерацию с РСФСР, но большевики не видели смысла давать Беларуси и автономию. После революции в Германии немцы в ноябре 1918 года начали уходить и отказались официально передать власть Раде. 29 ноября Рада снова объявила независимость, но голос без армии никто не услышал. 10 декабря Красная армия заняла Минск, Рада и правительство уехали в Вильню, а затем в Гродно. На своей земле БНР продержалась немногим больше семи месяцев. 25 декабря по инициативе Сталина в Москве решили провозгласить советскую Беларусь — об этом следующая эпоха.
Открыть в цепочке эпохи 10 →Эпоха 11 · БССР и Западная Беларусь 1919 — 1945
17 сентября 1939: Беларусь объединена по сговору двух диктатур
23 августа 1939 года СССР и Германия подписали пакт Молотова — Риббентропа; его секретный протокол делил Польшу и Прибалтику на «сферы влияния». 1 сентября Германия напала на Польшу; больше 100 тысяч белорусов воевали тогда в польской армии. 17 сентября, когда поляки ещё защищали Варшаву, Красная армия без объявления войны перешла границу, объяснив это защитой белорусов и украинцев; в Бресте и Пинске прошли совместные парады немецких и советских войск. В первые недели советские представители, по академической «Гісторыі Беларусі», не только не мешали, но и подталкивали крестьян к самосудам над польскими осадниками и чиновниками. Многие белорусы встречали красноармейцев как «наших» и поначалу верили, что присоединяются к свободной Беларуси. 22 октября под контролем армии и НКВД прошли выборы по единому списку в Народное собрание Западной Беларуси (решение о нём Политбюро приняло ещё 1 октября; там, где запугивание не помогало, в протоколы, по тому же тому, просто вписывали нужные цифры); 29 октября оно попросило о вхождении в БССР, 2 ноября это утвердила Москва. Территория БССР выросла почти в 1,9 раза, население — в 1,6. Но Вильню, которую белорусские деятели считали своей столицей, 10 октября Сталин передал Литве.
Открыть в цепочке эпохи 11 →Эпоха 12 · Советская Беларусь после войны 1945 — 1991
Белорусский народный фронт
В феврале 1989 года в Минске прошёл митинг около 40 тысяч человек: впервые потребовали убрать из Конституции статью о руководящей роли партии и сделать белорусский язык единственным государственным. Учредительный съезд «Возрождение» прошёл 24–25 июня 1989 года в Вильнюсе (наше пояснение: в Минске его провести не разрешили); литовский «Саюдис» помогал фронту, газета «Новости БНФ» печаталась в Вильнюсе. Председателем стал Зенон Позняк, идейным лидером — писатель Василь Быков. Первая программа ещё говорила о суверенитете БССР в составе СССР. Компартия во главе с Ефремом Соколовым встретила фронт враждебно и пыталась создать свой, «официальный» фронт. В 1989 году возникло Общество белорусского языка имени Франциска Скорины, в 1990-м православная церковь в республике стала называться Белорусской. Но в Минске по-белорусски говорило не больше 2 % жителей, и общество раскололось на советское большинство и национальное меньшинство.
Открыть в цепочке эпохи 12 →Закон о языках и Декларация о суверенитете
26 января 1990 года Верховный Совет принял закон «О языках в БССР»: белорусский стал государственным с 1 сентября 1990 года, а рабочим языком всех учреждений должен был стать к 2000 году. На выборах весной 1990 года БНФ получил в Минске 20 мандатов из 22, но в Верховном Совете его фракция насчитывала около 36 из 345 депутатов, 86 % депутатов были коммунистами. В марте, по указанию Москвы, Верховный Совет потребовал от Литвы вернуть Виленский край, чтобы конфликтом удержать её в СССР; в мае Сейм БНФ поставил целью полную независимость. 27 июля 1990 года, вслед за Россией, Верховный Совет принял Декларацию о государственном суверенитете БССР — пока в составе советской федерации: с приоритетом белорусского языка, правом на свою армию и требованием компенсации за Чернобыль. Советская Конституция 1978 года тоже называла БССР «суверенным государством», но права выхода и слова «независимость» в ней не было.
Открыть в цепочке эпохи 12 →