Все белорусские земли — в Российской империи, в губерниях (Виленской, Гродненской, , , ). Только что отменили крепостное право; почти все белорусы — крестьяне и говорят по-белорусски, а называют себя «тутэйшымі», «русскими» или «литвинами»: общего имени «белорусы» у них ещё нет. Униатскую церковь упразднили в 1839 году, большинство теперь православные, меньшинство — католики. Язык власти и школы — русский, язык помещиков и костёла — польский; книг и газет по-белорусски нет. Города и местечки в основном еврейские. Впереди восстание 1863 года.
Стало · конец 1918
Белорусская Народная Республика провозглашена независимой 25 марта 1918 года, но в декабре Красная армия заняла , а Рада и правительство БНР уехали в и . Немцы уходят, готовит советскую Беларусь, Польша и Литва претендуют на западные земли. У белорусов уже есть литературный язык, газеты и книги, первые свои школы, поэты (Купала, Колас, Богданович), имя «Беларусь», бело-красно-белый флаг и герб «Погоня». Но сознательных деятелей — тысячи, а миллионы крестьян больше думают о земле. Край разорён войной, сотни тысяч беженцев ещё в России.
Крепостное право отменили, в крае появились фабрики и железные дороги. Но в городах и на фабриках работали в основном не белорусы: белорусы почти все оставались крестьянами.
Минск в XIX веке (художник В. Стащенюк). подпись нашастр. 406
Подробнее: почему и что из этого вышло
В 1861 году в империи отменили крепостное право (сама реформа — в эпохе 9). Землю крестьяне получили за выкуп и платили за неё почти полвека: выкупные платежи отменила только революция 1905 года. Другие реформы приходили в позже и урезанно: земства, по Тарасу, появились здесь лишь в 1911 году. Край втягивался в рынок: в 1900–1913 годах фабричная продукция росла в среднем почти на 14 % в год, лес и лён шли за границу. И всё же это оставался аграрный край: промышленной продукции на душу населения было почти вдвое меньше, чем в среднем по России. Для национального вопроса важнее всего, кто работал в городе. По переписи 1897 года среди занятых в промышленности, торговле и на транспорте евреев было 59,9 %, белорусов 17,1 %, поляков и русских — примерно по 10 %; банки и торговля держались в основном на еврейском капитале. Накануне войны белорусские рабочие и буржуазия вместе составляли лишь около 2 % белорусов. По переписи 1897 года белорусы были 63,5 % населения пяти губерний, но лишь 14,5 % горожан. Авторы академической «Истории Беларуси» (т. 4, 2005) делают из этого вывод: рабочие и предприниматели края набирались в основном из небелорусской среды и были скорее противниками, чем участниками складывания белорусской нации, а языком рынка и «высокой» культуры становились русский или польский, что подталкивало к ассимиляции. Галубович и соавторы при этом спорят с советской литературой, писавшей о год от года ухудшавшейся жизни: по их данным, средний заработок рабочего вырос со 158 рублей в 1901 году до 210 рублей в 1913-м.
«Напярэдадні першай сусветнай вайны на долю нацыянальнага беларускага класа і буржуазіі прыходзілася каля 2 % ад усёй колькасці пражываючых на радзіме беларусаў, у тым ліку буржуазіі налічвалася каля 20 тыс. чалавек.»Віктар Галубовіч і др., стр. 185
«Пры гэтым у Беларусі дадзеныя сацыяльныя пласты рэкрутаваліся пераважна з небеларускага паводле этнічнай ідэнтыфікацыі асяроддзя і з'яўляліся хутчэй апанентамі, чым удзельнікамі працэсу фарміравання беларускай нацыі.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 45
«Но в Северо-Западном крае земства появились только в 1911 году (на 47 лет позже, чем в России!)»Анатоль Тарас, стр. 404
Малая доля белорусов в городах сложилась «искусственно» — под действием политики царского правительства, заселявшего города евреями (наше пояснение: черта оседлости не пускала евреев во внутренние губернии, но еврейские местечки и города края сложились ещё в Речи Посполитой, так что одной политикой империи это не объяснить).
«З прыведзеных даных вынікае, што ўдзельная вага беларусаў сярод вяскоўцаў амаль у пяць разоў перавышала іх долю сярод гараджан. Такая сітуацыя склалася штучна пад уздзеяннем палітыкі царскага ўрада, накіраванай на засяленне ў гарады яўрэяў.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 229
Ту же картину объясняет не политика, а отсталость хозяйства: край оставался аграрным и по промышленной продукции на душу населения почти вдвое отставал от России.
«на душу насельніцтва Беларусі прамысловай прадукцыі прыпадала амаль у 2 разы менш, чым у Расіі.»Віктар Галубовіч і др., стр. 184
А в культуре: новые школы, университеты и рынок дают краю образованных людей, и часть их начинает изучать крестьян — главный слой с белорусской речью
Учёные начали записывать песни, сказки и слова белорусских крестьян. Оказалось, что это отдельный язык и отдельный народ, и для него стали искать имя.
Ромуальд Подберезский, в 1844 году впервые написавший о «белорусской национальности». подпись нашаСяргей Абламейка
Подробнее: почему и что из этого вышло
Национальная идея начиналась не с политики, а с науки и с вопроса, кто такие здешние крестьяне. Ещё в 1844 году Ромуальд Подберезский в рецензии на «Белорусскую свадьбу» композитора Антония Абрамовича впервые написал о «белорусской национальности». После 1861 года изучение пошло шире. В 1868 году в возник «Кривичский вязок» — кружок молодёжи из аристократических семей края: изучали язык, собирали фольклор, задумывали буквари; в 1870 году кружок разгромили. В том же 1870 году вышел «Словарь белорусского наречия» Ивана Носовича, а вершиной стал семитомный труд Ефима Карского «Белорусы» (1903–1922). Исследователи, многие из которых сами были из полонизированной шляхты и духовенства, показывали, что у крестьян свой язык и своя культура. Параллельно шёл спор об имени. Жители бывшего ВКЛ называли себя русинами, , , православные часто — русскими; часть деятелей предлагала имя «кривичи» и «Кривия». Победило слово «белорусы». Когда именно возникла нация и что считать её началом, историки спорят до сих пор.
«У тым самым 1844 годзе Падбярэскі ў рэцэнзіі на музычную паэму кампазытара Антона Абрамовіча «Беларускае вясельле» ўпершыню заяўляе пра «беларускую нацыянальнасьць»»Сяргей Абламейка, «Беларушчына да Каліноўскага»
«Первой научной работой по беларусоведению, несомненно, явился «Словарь белорусского наречия» Ивана Носовича (1870 г.).»Анатоль Тарас, стр. 412
«Ужо ў 1868 годзе ў Санкт-Пецярбургу ўзьнік «Крывіцкі вязок» — культурна-асьветная арганізацыя беларускай арыстакратычнай моладзі.»Сяргей Абламейка, «Водгук у сэрцах эліты»
Идея родилась ещё на рубеже XVIII–XIX веков среди образованных униатских священников, а вела её шляхта. Имя «Беларусь» сознательно выбрали виленские литвины и русины, чтобы отличить себя от балтов-литовцев: слово «литвин» для польскоязычных зачинателей уже значило «литовец».
«Беларуская нацыянальная ідэя ўзьнікла ў самым канцы XVIII — пачатку ХІХ стагодзьдзяў у асяродзьдзі адукаваных уніяцкіх сьвятароў.»Сяргей Абламейка, «Беларушчына да Каліноўскага»
«слова «ліцьвін» (Litwin) было сынонімам сёньняшняга слова «літовец» (балт, lietuvis).»Сяргей Абламейка, «Маці Беларусі шляхта»
Наука доказала самостоятельность белорусов, а к началу XX века большинство из них приняло самоназвание «белорусы»; русификация замедлила, но не остановила рождение нации.
«Научные исследования доказали, что беларусы — самостоятельный народ, а не «часть» русской или польской нации. К началу XX века они в своем большинстве приняли самоназвание «беларусы».»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
Православные жители Беларуси и в XIX — начале XX века называли себя русскими. Нацию окончательно сложили литература, литературный язык и собственное государство — 1919 и 1991 годов.
«Консолидация белорусского народа в рамках единого государства и утверждения этнического самосознания завершила формирование белорусской нации.»Эдуард Загорульский, «11.3.3. Формирование языка и этнического самосознания»
Чёрно-белая схема «западнорусы против белорусских националистов» не работает: в 1860-е годы самоопределение было подвижным сочетанием общерусского и местного, а память об унии могла объединять и католиков, и православных в неприязни к «Москве».
«так и противопоставление, эксплицитное или имплицитное, «западнорусизма» этническому белорусскому национализму помещает деятелей вроде Кояловича (периода 1860-х) в контекст выборов и дилемм, ставших актуальными уже позднее.»Михаил Долбилов, «Западная Россия в символической географии и социальной топографии М.О. Кояловича. Западнорусскость и украинофильство»
«не вписывается тот факт, что память об униатской церкви, служившей одной из основ особой русинской идентичности XVII–XVIII веков[534], могла даже спустя тридцать лет после отмены унии объединять в неприязни к православной Великороссии»Михаил Долбилов, «Западная Россия в символической географии и социальной топографии М.О. Кояловича. Западнорусскость и украинофильство»
Затем: из студенческих кружков, изучавших край, вырастает первая политическая группа
Студенты-белорусы в выпустили журнал «Гомон». Они первыми написали, что белорусы — отдельная нация и имеют право сами решать свою судьбу.
Подробнее: почему и что из этого вышло
В 1870–1880-е годы молодёжь из края, учившаяся в , , , Харькове, собиралась в белорусские студенческие кружки, а социалистические брошюры по-белорусски печатали за границей. Многие из них были . «Крестьянский социализм» в Беларуси приживался плохо: общины здесь не было, а крестьяне после 1863 года боролись уже не «за волю», а «за землю». В 1881–1882 годах вышли прокламация «К белорусской молодёжи» и «Письма о Беларуси» Данилы Боровика, где интеллигенции отводилась роль «локомотива». В 1884 году белорусская группа «Народной воли» в Петербурге выпустила журнал «Гомон» (по-русски). «Гомоновцы» первыми заявили, что есть белорусская нация со своей территорией, языком, культурой и историей, и видели её будущее в федеративной социалистической России, где у каждой части своё правительство. Их лозунг: «Беларусь должна быть для белорусов, а не для чужих элементов!» — под «чужими» понимали самодержавие, чиновников и обрусевшие или ополяченные верхи. Спорить пришлось и со своими: видный народоволец Лев Тихомиров считал создание новых национальностей «нелепым» и «искусственным», а редакция «Гомона» отвечала ссылками на Бакунина и Драгоманова, ставивших Беларусь в один ряд с Польшей и Малороссией. Опору они искали в крестьянстве — по Тарасу, единственном слое края с белорусскими чертами. Основателем группы считали Игнатия Гриневицкого (наше пояснение: того самого, кто в 1881 году смертельно ранил бомбой Александра II и погиб сам).
«Наряду с другими существует и беларуская нация, имеющая свою территорию, язык, культуру, историческое прошлое.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
««Гоманаўцы» вялі гаворку пра існаванне беларускай нацыі і патрабавалі яе самастойнасці пасля знішчэння царызму.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «91. Як беларусы змагаліся супраць расейскага панавання?»
«Пры гэтым была спасылка на высновы М.Бакуніна і М.Драгаманава, якія, калі ішла гаворка аб распадзе Расійскай імперыі на натуральныя (“естественные”) федэратыўныя адзінкі, заўсёды ставілі Беларусь у адзін рад з Польшчай і Маларосіяй»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 274
Тем временем: пока народники спорят в Петербурге, до деревни доходят стихи Богушевича: язык становится знаменем
Поэты начали писать на языке крестьян. Франциск Богушевич сказал: Беларусь там, где говорят по-белорусски, и пока жив язык, жив и народ.
Франциск Богушевич (портрет из «Короткой истории Беларуси» Ластовского, 1910). подпись нашаВацлаў Ластоўскі
Подробнее: почему и что из этого вышло
Следом за учёными заговорили поэты. Ещё Винцент Дунин-Марцинкевич (умер в 1884 году) широко вывел живую белорусскую речь в пьесы и поэмы. Во время восстания 1863 года впервые появилась агитация по-белорусски, и Кастусь Калиновский с его «Мужицкой правдой» стал для будущего движения символом: он соединил свободу народа с крестьянской долей (само восстание — в эпохе 9). Участник восстания Франциск Богушевич из-за запрета белорусской печати издал «Дудку беларускую» в (1891, латиницей, под псевдонимом Матей Бурачок), а «Смык беларускі» — в (1894). По Ластовскому, его стихи расходились по Беларуси в тысячах рукописных копий. В предисловии Богушевич сформулировал то, на чём потом стояло всё возрождение: Беларусь там, где «наша мова жывець», — от Вильни до , от почти до ; и язык надо беречь, чтобы народ не умер. Язык, который люди сами звали «мужицким», он назвал белорусским, а читателей обращал к ВКЛ, где Беларусь была центром государства. Максим Горецкий назвал его «духовным отцом» белорусского возрождения. Рядом писали Янка Лучина, Адам Гуринович и другие; в 1903 году петербургские студенты переиздали «Вязанку» Лучины под видом болгарской книжки.
«В силу запрета публикаций на беларуском языке, первый сборник стихов Богушевича «Дудка беларуская» вышел в Кракове в 1891 году на «латинке» (под псевдонимом Мацей Бурачок)»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
«Там, братцы, яна, гдзе наша мова жывець: яна ад Вільні да Мазыра, ад Вітэбска за малым не да Чарнігава, гдзе Гродна, Міньск, Магілёў, Вільня і шмат мястэчкаў і вёсак».»Сяргей Абламейка, «Нацыянальны маніфэст Каліноўскага»
«Паэт перасцерагаў: "Шмат было такіх народаў, што страцілі наперш мову сваю, так як той чалавек прад скананнем, катораму мову займе, а потым і зусім замёрлі. Не пакідайце ж мовы нашай беларускай, каб не ўмёрлі”.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 285
Проверка: перепись показывает, что белорусская речь живёт именно там, где очертил Богушевич, — но почти только в деревне
В 1897 году всех жителей империи переписали. Оказалось, что почти все крестьяне края говорят по-белорусски, а в городах и среди учителей и врачей белорусов мало.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Первая всеобщая перепись Российской империи (1897) спрашивала у людей родной язык, а не национальность. По языку белорусы составили 82,4 % жителей губернии, 76 % , 56 % Виленской, 52,9 % и 44 % Гродненской — всего 63,5 % населения пяти губерний; крестьянство состояло из белорусов примерно на 90 %. Языковой критерий давал и неожиданности: в и уездах большинство назвало родным украинский, а в 1913 году, по данным Гродненского статкомитета, 85,7 % жителей Кобринского уезда считали себя белорусами. Белорусов разделяла и вера: католиками были 58,5 % белорусов и 30,3 % Гродненской. Об образованных слоях цифры расходятся: по Тарасу, белорусский язык назвали родным 60 % местных учителей и 20 % врачей, а по подсчёту академической «Истории Беларуси» (т. 4, 2005) — лишь 19,9 % учителей, около четверти медиков и 9,7 % деятелей литературы, искусства и науки. Из потомственной шляхты пяти западных губерний 51,8 %; Шибека для католической шляхты даёт 43,3 %. Но белорусы были деревней: среди занятых в промышленности, торговле и на транспорте их насчитали лишь 17,1 %. К концу века название «Белоруссия» закрепилось за всей этнической территорией белорусов. Шибека объясняет, почему белорусское движение всё же отставало от литовского и украинского: царский шовинизм сковывал самосознание православных, между православной массой и католическими вождями стоял барьер недоверия, экономическая база была слабой, и не было «островка свободы», каким для литовцев была , а для украинцев — Галиция.
«У першым усеагульным перапісе насельніцтва Расійскай імперыі 1897 г. было пастаўлена пытанне не праэтнічную прыналежнасць жыхароў, а пра іх родную мову.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 225
«По переписи населения 1897 года, 43,3 % представителей католической шляхты беларуских губерний своим родным языком называли беларуский.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
«Але і тая частка, якая паходзіла з беларускага асяроддзя, у пэўнай ступені звязвала сябе з рускай культурай.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 415
Перепись — это самоопределение: «белорусами» признали себя больше половины потомственной шляхты пяти губерний, а белорусский язык назвали родным 60 % учителей — значит, белорусская основа была и у образованных слоёв.
«Во время переписи 1897 года 51,8 % от общего количества потомственной шляхты в пяти западных губерниях признали себя «белорусами».»Анатоль Тарас, стр. 415
Перепись по языку занижала белорусов: язык не всегда совпадает с самоопределением. В «русские» попали обрусевшие белорусы и 79,5 тысячи военных из центральных губерний, в «поляки» — белорусы-католики, перешедшие на польский. На Смоленщине белорусов по языку оказалось в восемь раз меньше, чем в середине века, — следствие русификации. А местная интеллигенция, прошедшая русскую или польскую школу, в большинстве выступала как сила антибелорусская.
«Пры гэтым не бралася пад увагу, што моўныя прынцыпы рэгістрацыі этнічнай прыналежнасці не заўсёды супадаюць з самавызначэннем народа, таму часта прыводзяць да зніжэння фактычнай колькасці этнасу”»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 225
«Па-першае, у іх лік трапіла пэўная частка этнічных беларусаў, якія ва ўмовах пастаяннай і мэтанакіраванай русіфікацыі перанялі рускую мову»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 231
Поэтому: белорусская масса есть, но без своих городов и элиты; молодёжь создаёт партию, чтобы говорить с крестьянами
Молодые белорусы создали свою первую партию — Громаду. Они хотели, чтобы Беларусь сама управляла собой, а землю получили те, кто на ней работает.
Подробнее: почему и что из этого вышло
В 1902 году в Вацлав Ивановский при поддержке польских социалистов (ППС) основал Белорусскую революционную партию; её воззвание «К интеллигенции», написанное по-польски, звало образованных белорусов польской культуры вернуться к языку предков. Братья Иван и Антон , недовольные польским влиянием, создали Белорусскую революционную громаду; к 1903 году она стала — первой белорусской партией. Среди основателей — Луцкевичи, Ивановский, Алоиза Пашкевич (Тётка), Карусь Каганец. Программа 1903 года требовала независимой демократической Беларуси, программа 1906 года — автономии с сеймом в ; землю громадовцы хотели сделать общественной. Идею федерации с Польшей они отвергли, и только они да ППС обращались к крестьянам по-белорусски. С созданием Громады многие связывают политическое рождение нации; Ластовский писал, что «настоящее» белорусское движение начинается в 1903–1904 годах, а Абламейко ведёт его отсчёт ещё от Калиновского и 1863 года. Споры вызывает и социализм партии.
«Па нацыянальным пытанні ў першай праграме (1903 год) выказалася за стварэнне незалежнай Беларускай дэмакратычнай рэспублікі, а ў другой (1906 год) — за дзяржаўную аўтаномію Беларусі з Соймам у Вільні»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «100. Калі паўстала першая беларуская палітычная партыя?»
«Характерно, что польские социалисты не смогли склонить руководство БСГ к признанию идеи федерации Беларуси и Польши.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
«Але запраўдны беларускі рух пачынаецца толькі з 1903—4 гадоў, калі якбы новы вецер павеяў над Расеей»Вацлаў Ластоўскі, стр. 103
Отказ от частной собственности на землю был роковым: движение обращалось только к «трудящимся» и оттолкнуло собственников.
«Такая позиция выражала крестьянский идеал уравнения всех членов общества «по нижнему уровню» и сыграла поистине роковую роль в судьбе беларуского движения.»Анатоль Тарас, стр. 416
Социалистический уклон — тоже ошибка: движение не заметило, что аристократы и шляхта поворачивались к белорусскости, искало опору только в крестьянстве и раскололо элиты.
«Гэта пайшло на шкоду нацыянальнай ідэі, выклікала разлад і падзел элітаў, а ў канечным выніку прывяло да аслабленьня руху і адштурхоўваньня арыстакратыі.»Сяргей Абламейка, «Водгук у сэрцах эліты»
Соединение национального с социальным, начатое ещё Калиновским, — главная линия возрождения: Каганец соединил народнические идеи «земли и воли» с национальными.
«Именно Калиновский прочно связал идеи национальной самоидентификации и национального освобождения с решением социальных проблем (в первую очередь — проблем крестьянства).»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
Роль польских социалистов была не «поддержкой»: ППС фактически противостояла созданию белорусской национально-демократической партии, отводила белорусским патриотам роль помощников и в июне 1903 года по предложению Пилсудского перестала печатать агитацию по-белорусски. В ответ Громада объявила себя национальной белорусской организацией.
«Фактычна ППС у Літве супрацьпастаўлялася спробам стварэння беларускай нацыянальна-дэмакратычнай партыі, якія ў той час актывізаваліся.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 309
«Беларускім патрыётам адводзілася роля памочніка ППС. Натакую ролю БРП не магла пагадзіцца,»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 310
Шанс: революция 1905 года выводит Громаду к крестьянам и даёт право печатать по-белорусски
В 1905 году по всей империи вспыхнула революция. Царь испугался и, кроме прочего, разрешил печатать книги и газеты по-белорусски.
Князь Героним Друцкий-Любецкий, депутат I Государственной думы, позже член Рады БНР. подпись нашаСяргей Абламейка
Подробнее: почему и что из этого вышло
Революция 1905 года заставила царя пойти на уступки. В конце 1904 года сняли ограничения для нерусских языков, и в 1905 году белорусам разрешили печатать книги и газеты на родном языке; Ивановский сразу выпустил первые буквари — латиницей и кириллицей. Но в школу белорусский язык не пустили: в 1905 году литовский и польский разрешили преподавать там, где большинство составляли литовцы или поляки, а допуск белорусского и украинского признали «нецелесообразным». Крестьяне держали тайные русско-белорусские школы, где непонятное объясняли по-белорусски: только в уезде в 1905–1907 годах закрыли 72 такие школы. Апрельский указ о веротерпимости позволил уходить из православия, и в Беларуси в католичество перешли больше 230 тысяч человек (наше пояснение: во многом потомки униатов, насильно обращённых в 1839 году). Выкупные платежи отменили. Деревня бурлила: летом 1905 года забастовки белорусских крестьян составили почти половину крестьянских выступлений империи; Громада вместе с эсерами созвала в крестьянский съезд, а сельские сходы требовали учить детей на родном языке. В ноябре–декабре 1905 года в волости под громадовец Александр Бурбис фактически сбросил старую власть: приговор «Мейшагольской республики» требовал самоуправления Белорусского края с сеймом в Вильне и обучения на родном языке; её разогнали казаки. Поджоги имений шли только на востоке, где агитировали российские партии. Власть отвечала силой: на следующий день после манифеста 17 октября в Минске солдаты расстреляли митинг у вокзала («Курловский расстрел»), в и других городах прошли еврейские погромы. В 1906 году в I Государственной думе возникла белорусская группа депутатов, в основном помещиков (Роман Скирмунт, Героним Друцкий-Любецкий), просившая автономии края.
«У 1905 гаду, разам з іншымі свабодамі, данымі населеньню Расеі, і беларусам было пазволено друкаваць кнігі і газэты у сваей роднай мове.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 98
«Дапускалася выкладанне літоўскай і польскай моў у пачатковых двухкласных і гарадскіх вучылішчах, а таксама ў сярэдніх навучальных установах у тых мясцовасцях, дзе большасць насельніцтва складалі літоўцы ці адпаведна палякі, Дапушчэнне ў школу бедарускай і анка моў было прызнана нямэтазгодным?,»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 320
«А на другой день после объявления манифеста, в Минске, по приказу губернатора Павла Курлова, солдаты расстреляли митинг на привокзальной плошали.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
Печать и самосознание
Печать: разрешение печати сразу превращается в газету и издательства
В начала выходить белорусская газета «Наша Ніва». Вокруг неё выросли Янка Купала, Якуб Колас и Максим Богданович — главные белорусские поэты.
Газета «Наша Ніва» (№ 35, август 1910 г.). подпись нашастр. 417
Подробнее: почему и что из этого вышло
Первой легальной белорусской газетой стала «Наша доля» (, с сентября 1906 года): её печатали и кириллицей, и латиницей — для православных и для католиков, — но из шести номеров четыре конфисковали, а в январе 1907 года газету запретили. В ноябре 1906 года в Вильне вышла «Наша Ніва» — первая постоянная белорусская газета (до августа 1915 года). Первый номер обещал, что газета будет служить «всему обиженному белорусскому народу», чтобы белорусы, не знающие, кто они, поняли, что они белорусы и люди. Её издавали братья , позже Янка Купала и Александр Власов; печатались Купала, Якуб Колас, Максим Богданович, Вацлав Ластовский. Газета звала белорусов к единству независимо от веры, требовала белорусского языка в школе, церкви и костёле и спорила с официальной политикой, делившей белорусов на «русских» (православных) и «поляков» (католиков). Тираж доходил до 4,5 тысячи и расходился полностью, а за первые три года газета напечатала 906 корреспонденций из 499 деревень, местечек и городов; выписывать её запрещали чиновникам, священникам, волостным правлениям, учителям и ученикам Виленского учебного округа. Рядом работало петербургское издательство «Загляне сонца і ў наша ваконца» Вацлава Ивановского: 38 книг тиражом больше 100 тысяч, в том числе первые книги Купалы и буквари. Всего за 1906–1915 годы вышло около 160 белорусских книг, а в 1910 году Ластовский издал «Короткую историю Беларуси» — первую историю страны на белорусском языке. Национально сознательных деятелей было, по Тарасу, около тысячи, в основном учителя из обедневшей шляхты. Советская идеология позже объявила газету «кулацкой» и «националистической».
«Газета пропагандировала единство беларусов независимо от вероисповедания, требовала введения беларуского языка в школах, церквях и костёлах.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
«Мы будзем старацца, каб усе беларусы, што не ведаюць, хто яны ёсць, - зразумелі, што яны беларусы і людзі, каб пазналі свае правы...»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 425
«Усяго было выдадзена 38 кніг (у тым ліку шэсць першых кніг Янкі Купалы) агульным накладам болей за 100 тысяч паасобнікаў.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «102. Хто такі Вацлаў Іваноўскі?»
Но: газета зовёт к единству, а власть и польские националисты тянут белорусов в разные стороны
Власти говорили: православные белорусы — это русские, а католики — поляки. Польские националисты хотели сделать всех поляками. Белорусам приходилось доказывать, что они отдельный народ.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Белорусская идея была не единственной. Власть считала белорусов ветвью русского народа: на выборах в III и IV Государственную думу (1907, 1912) Пётр Столыпин разделил избирателей края на «русскую» и «польскую» по вере — православных записали в русские, католиков в поляки. Ещё на выборах во II Думу (1907) русские и польские националисты с помощью православного и католического духовенства раскололи крестьян на «русских» и «поляков»; польско-белорусские автономисты убеждали крестьян-католиков, что они поляки. Земство, введённое в 1911 году, тоже выбирали по «русским» и «польским» куриям, и только в , и губерниях: в Виленской и Гродненской, где католиков записывали поляками, вводить его не решились. III Дума, в принципе допустив обучение на родном языке, сделала исключение для белорусов и украинцев как «русских»; белорусский язык не пускали ни в церковь, ни в костёл. Крестьянский банк не давал кредитов помещикам-католикам и устраивал в крае русских переселенцев. Среди православных горожан и чиновников сложился вариант самосознания: Россия — отечество, но мы отличаемся от великороссов (Белорусское общество Луки Солоневича, 1908, и его газета «Белорусская жизнь» — на русском языке, на субсидию, полученную при поддержке Столыпина). Русский окраинный союз и правая печать называли белорусское движение «интригой» польских панов и костёла. Лидер польских националистов Роман Дмовский открыто призывал полонизировать белорусов, литовцев и украинцев, а после 1905 года польская печать в заметно выросла. Часть местной шляхты стала : отличала себя от поляков и считала своим «краем» земли бывшего ВКЛ, но большинство краёвцев со временем пришло к польской идее. С 1913 года в Вильне латиницей выходила католическая газета «Беларус» — так родилось клерикальное течение белорусского движения, хотя в костёле, как и раньше, преобладала полонизация. Антон писал, что народ зовёт католическую веру польской, а православную российской, и пока костёл и церковь не станут белорусскими, народ будет разделён надвое.
«В первую зачислили православных, во вторую — католиков. Вот так просто был «решен» национальный вопрос: никаких беларусов в Северо-Западном крае нет, есть только русские (православные) и поляки (католики).»сост. Анатоль Тарас, «Глава 2. Ликвидация униатской церкви и внедрение московского православия (Леонид Лыч, доктор исторических наук)[50]»
«Кроме того, он открыто призывал к полонизации украинцев, белорусов и литовцев.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 371
«Большинство краёвцев постепенно эволюционировало в направлении польской национальной идеи, и лишь единицы — в сторону беларуской.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
Белорусы той поры — «нация приспособленцев»: православные предприниматели и интеллигенция искали защиты у власти, и так возник имперский, русско-белорусский вариант самосознания.
«В определенном смысле беларусы стали нацией приспособленцев, чем и спасались.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 1. Краткий очерк политической и культурной жизни (1772–1916 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)»
Нельзя мерить людей той эпохи позднейшими мерками белорусскости: тогда господствовали концепции «большой русской» и «большой польской» нации, и, например, ксендза Сенчиковского, вводившего русский язык в костёл, неверно рисовать «отступником».
«Современная белорусская историография унаследовала в общих чертах такое воззрение на Сенчиковского.»Михаил Долбилов, «Ксендз Фердинанд Сенчиковский: методы введения русского языка, теория «фанатизма»»
Это официальное деление одного народа по вере на «русских» и «поляков». Обе стороны отрицали саму белорусскую нацию: российская официальная и черносотенная печать травила «Нашу Ніву» как интригу польских панов, польская клерикальная — как казённую русификацию «поляков». После 1907 года повернулся от борьбы с полонизмом к борьбе с белорусским движением.
«шматлікія польскія панска-клерыкальныя выданні лжыва сцвярджалі, што "Наша ніва” выдавалася за казённыя грошы з мэтай русіфікацыі беларусаў, якія быццам бы з'яўляюцца палякамі і цягнуліся да польскай культуры.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 402
«У адрозненне ад папярэдняй эпохі, кал! “заходнерусізм” цалкам скіраваўся на барацьбу з паланізмам, цяпер ён павінен быў усё больш супрацьстаяць беларускаму нацыянальнаму руху, які рос і пашыраўся ў краі.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 391
Обрыв: война прерывает спор о том, кто такие белорусы
Деревня
Деревня: после крестьянских волнений власть берётся перестраивать деревню
Крестьянам разрешили выходить из общины и жить на своём хуторе. Кто-то разбогател, но многие бедняки уехали искать землю в Сибирь и даже в Америку.
Крестьянское жилище начала XX века. подпись нашастр. 409
Подробнее: почему и что из этого вышло
После 1905 года правительство Петра Столыпина взялось за деревню. Указ 9 ноября 1906 года позволил выходить из общины, закреплять надел в частную собственность и выселяться на ; Крестьянский банк продавал землю почти только частным хозяевам (91 %). По Тарасу, белорусам это было ближе, чем русским: в и губерниях из общины вышли 48 % дворов против 22 % в России, а помещичья земля к 1915 году сократилась на 12,7 %. Довольны были не все: поджогов хуторов в 1913 году было вдвое больше, чем в 1907-м. Деревня оставалась перенаселённой и бедной: накануне войны не менее 68 % дворов были бедняцкими, хотя зажиточная сельская верхушка, отмечают Галубович и соавторы, была в основном белорусской. Многие уезжали: в 1904–1914 годах из пяти губерний в Сибирь и на восток переселились около 356 тысяч человек, а за океан — в США, Аргентину, Бразилию, Канаду — с 1903 по 1913 год свыше 1,5 миллиона (около 600 тысяч вернулись). За океаном белорусы, по академической «Истории Беларуси» (т. 4, 2005), не заявили о себе как об отдельном народе: католики примыкали к полякам, православные — к русским (в 1909–1913 годах они составляли 25–30 % прихожан русской церкви в Буэнос-Айресе), а «белорусскость» оставалась для них областной особенностью. Лидеры возрождения считали эмиграцию вредной: Ластовский в 1914 году звал не бежать в Америку, а «на месте у себя создать Америку». К 1917 году белорусов в , и Одессе жило больше, чем в городах самой Беларуси.
«Сутнасцю сталыпінскай аграрнай рэформы было разбурэнне сялянскай абшчыны і ўкараненне прыватнай зямельнай уласнасці»Віктар Галубовіч і др., стр. 187
«За 1903—1913 гг. адсюль эмігрыравала пераважна ў ЗША, Аргенціну, Бразілію і Канаду звыш 1,5 млн чалавек.»Віктар Галубовіч і др., стр. 191
«Часцей за ўсё беларусы-католікі далучаліся да палякаў, а беларусы-праваслаўныя - да рускіх (велікарусаў). Гэта прыводзіла да падпарадкавання іх ідэйным канцэпцыям і інтарэсам адпаведных народаў.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 382
Реформа была удачной и близкой белорусской традиции хозяйствовать на своём: крестьяне меняли лапти на сапоги, лучину на керосин, а прервали всё война и революция.
«Благодаря Столыпинской реформе общая площадь помещичьей земли сократилась до конца 1915 года на 12,7 %, а площадь крестьянских владений возросла на 56,1 %.»Анатоль Тарас, стр. 409
Оценка сдержаннее: реформа открыла дорогу рынку, но не смогла коренным образом изменить полуфеодальную белорусскую деревню.
«Але сталыпінскія перабудовы не змаглі карэнным чынам змяніць паўфеадальны характар беларускай вёскі і паставіць яе на заходнееўрапейскі ўзровень.»Віктар Галубовіч і др., стр. 194
Обрыв: мобилизация и фронт обрывают реформу деревни
Началась мировая война. Фронт прошёл прямо через Беларусь и разрезал её надвое, а сотни тысяч людей бежали или были выселены на восток.
Беларусь во время Первой мировой войны (в современных границах). подпись нашастр. 419
Подробнее: почему и что из этого вышло
Первая мировая война пришла в Беларусь летом 1915 года. После отступления русской армии фронт почти на три года встал по линии — — — : запад края заняли немцы, восток стал прифронтовой полосой, где стояли полтора миллиона солдат Западного фронта. Наступления у озера и под Барановичами в 1916 году стоили русской армии, по Тарасу, 65 и 80 тысяч человек. На восток ушли беженцы — по Галубовичу, свыше 1,3 миллиона, по Вячорке, больше двух миллионов; многих выселяли силой и обманом. Академическая «История Беларуси» насчитывает среди беженцев 1,1–1,3 миллиона уроженцев Беларуси и считает, что вместе с мобилизованными край покинули около 2 миллионов из 7,5–8 миллионов жителей; оценку в 2 миллиона одних беженцев она называет ещё не доказанной. В постоянных жителей стало вдвое меньше (50 тысяч вместо 110), зато приезжих — солдат, офицеров, чиновников — набралось 150 тысяч. В армию забрали больше половины работоспособных мужчин: в 1917 году треть хозяйств губернии осталась без мужчин, посевы и стада сократились. Промышленность к осени 1917 года упала на 70 % (по России — на 22 %). Царская власть и в войну сдерживала белорусское движение: закрылись «Лучынка», «Саха», а в августе 1915 года и «Наша Ніва». Война разрезала и само движение: часть деятелей оказалась в немецкой , часть — беженцами в , , . По мнению авторов академической «Истории Беларуси», уход беженцев и мобилизованных сузил опору движения, но жизнь среди чужих заставляла беженцев яснее чувствовать, что они белорусы.
«У выніку Беларусь была падзелена на дзве часткі: заходняя апынулася пад нямецкай акупацыяй, а ўсходняя ператварылася ў прыфрантавую паласу, у бліжэйшы тыл рускай арміі.»Віктар Галубовіч і др., стр. 199
«паўтара мільёна жывой сілы Заходняга фронту, якая навадніла Беларусь, з аднаго боку, а з другога — больш за два мільёны беларускіх „бежанцаў“, якіх гвалтам і падманам выселілі ў пачатку вайны ў глыб Расеі»Вінцук Вячорка, «Пракрустава праграма адсякае ня толькі беларускія ногі, але і беларускую галаву»
«У ліку мабілізаваных і бежанцаў з Беларусі сышла значная частка яе сталага, карэннага насельніцтва - каля 2 млн чалавек з 7,5 - 8 млн на 1 студзеня 1914 г. (у межах 35 беларускіх паветаў).»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 445
Запад: под немцами
На западе: немцы занимают Вильню и разрешают то, что запрещала империя
и запад Беларуси заняли немцы. Жилось тяжело, но немцы, чтобы ослабить поляков, разрешили белорусский язык, и открылись первые белорусские школы.
Белорусская виленская газета «Гомон», напечатанная латиницей. подпись нашаМ. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк)
Подробнее: почему и что из этого вышло
Запад Беларуси вместе с Литвой немцы включили в свою оккупационную область . Режим был жёстким: по приказу Гинденбурга ввели налоги, штрафы и поборы натурой. С отходом на восток русских чиновников, священников и значительной части православных крестьян в зоне оккупации остались ополяченная шляхта, ксендзы и крестьяне-католики, говорившие по-белорусски, и польские организации уже в 1915–1916 годах открыли в и окрестностях около 50 школ, чтобы придать краю «польский облик». Чтобы ослабить польское влияние, немецкое командование поддержало белорусов, литовцев и евреев: обучение на русском запретили, а белорусский язык, «не идентичный русскому», допустили без ограничений — в официальные объявления и даже в паспорта. В Вильне Белорусский народный комитет Ивана и Алоиза Пашкевич (Тётка) открыли первые белорусские школы (первую — в ноябре 1915 года), учительские курсы и гимназию; учительская семинария к концу 1918 года подготовила 144 белорусских учителя, а белорусских школ в Обер Осте в декабре 1917 года было 50, в марте 1918-го — 89. В Вильне вышли девять белорусских учебников, а с 1916 года — газета «Гомон», до 1918 года единственная белорусская газета на занятой немцами земле.
«По инициативе Элоизы Пашкевич (Тётки) и Ивана Луцкевича в Вильне и ее окрестностях были основаны первые беларуские школы, учительские курсы, гимназии.»Анатоль Тарас, стр. 420
«Спецыяльна падкрэслівалася, што “белар ская мова, якая не ёсць ідэнтычная рускай, дапускаецца без абмежаванняў”.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 451
«Пры падтрымцы ведамстваў культуры Усходняга фронту і акругі Беласток — Гродна восенню 1916 г. Свіслацкая настаўніцкая семінарыя была арганізавана ў беларускую. Да канца 1918 г. семінарыя падрыхтавала 144 беларускіх настаўнікаў“.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 451
Оккупация была тяжёлой: «жёсткий режим деспотизма», налоги, штрафы, поборы шерстью, овсом, кожей, металлом.
«На тэрыторыі, акупіраванай немцамі, у адпаведнасці з загадам нямецкага галоўнакамандуючага Гіндэнбурга быў уведзены жорсткі рэжым дэспатызму.»Віктар Галубовіч і др., стр. 200
Верны обе оценки: немцы безжалостно эксплуатировали край, но из собственных геополитических расчётов открыли возможности для белорусской культурной работы, и под их властью национальная мысль приблизилась к идее независимого государства.
«Разам з тым, кіруючыся ўласнымі геапалітычнымі разлікамі, немцы адкрылі пэўныя магчымасці для беларускай культурна-асветнай працы.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 455
Затем: школы, газета и разрешённый немцами язык дают виленским деятелям опору, и они начинают строить политические планы для всего края
В белорусы сначала мечтали о новом общем государстве с литовцами, как когда-то ВКЛ. Литовцы и поляки пошли своим путём, и виленские белорусы впервые заговорили о независимой Беларуси.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Под немецкой властью виленские белорусские деятели думали не только о школах. Перед войной они видели белорусов частью «края» в границах бывшего ВКЛ, а не отдельным государством. В конце 1915 года по их инициативе в возникла Временная рада Конфедерации Великого княжества Литовского — союз белорусских, литовских, еврейских и польских деятелей. Её программа, изданная на четырёх языках, предлагала отделить литовско-белорусские земли от России и создать независимое государство с сеймом в Вильне; братья пришли к выводу, что Беларусь должна стать независимой в конфедерации с Литвой. В 1916 году Вацлав Ластовский подписал в обращение угнетённых народов России к президенту США Вильсону, а на конференции народов в он и Иван Луцкевич впервые на международной трибуне заявили о праве белорусов быть «хозяевами на собственной земле». Но общее ВКЛ не складывалось: евреи боялись потерять российский рынок, поляки тянули край к , а литовские активисты опасались и польского влияния, и численного перевеса белорусов. В сентябре 1917 года с согласия немцев в Вильне без белорусов прошла Литовская конференция: она высказалась за независимую Литву в этнических границах и избрала Тарибу. Тогда же, летом 1917 года, тайная группа Ластовского «Сувязь незалежнасці і непадзельнасці Беларусі» выступила за объединение разрезанной фронтом Беларуси: «только независимая Беларусь может обеспечить все наши нужды». В январе 1918 года Белорусская конференция в Вильне создала Виленскую белорусскую раду и высказалась за объединение белорусских земель по обе стороны фронта. Восточнее фронта движение в 1917 году говорило ещё только об автономии в составе России, и эта разница потом сказалась в Раде БНР.
«Адным з актаў супрацоўніцтва краёўцаў было ўтварэнне ў канцы 1915 г. у акупіраванай немцамі Вільні Часовай Рады Канфедэрацыі Вялікага княства Літоўскага, Гэта арганізацыя аб'ядноўвала дзеячаў розных нацыянальна-культурных рухаў, а ініцыятыва яе стварэння належала беларусам.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 48
«У 1915–1916 гадах браты Луцкевічы прыйшлі да высновы, што Беларусь павінна стаць незалежнаю дзяржавай у канфедэрацыі з Летувою.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «101. Хто такія Іван і Антон Луцкевічы?»
«“Толькі незалежная Беларусь, — гаварылася ў яе лістоўцы, — можа забяспечыць усе нашы патрэбы”!.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 455
Вместе: виленцы, уже мечтавшие о независимости, входят в Раду и толкают её к разрыву с Россией
Восток: революция в России
На востоке: война расшатывает империю, и в 1917 году она рушится
Царя свергли. Белорусы создали свои советы-рады и попросили учить детей на родном языке, но новая власть в их не услышала, а осенью власть взяли большевики.
Роман Скирмунт: депутат I Государственной думы, глава Белнацкома (1917), позже премьер БНР. подпись нашаСяргей АбламейкаКарточка сельскохозяйственной переписи 1917 года: князь Героним Друцкий-Любецкий записывает себя белорусом. подпись нашаСяргей Абламейка
Подробнее: почему и что из этого вышло
Февральская революция 1917 года быстро смела царскую администрацию. В марте съезд белорусских организаций в создал Белорусский национальный комитет во главе с помещиком Романом Скирмунтом и попросил у Временного правительства немногого: автономии Беларуси и школ с белорусским языком. В делегацию даже не приняли. Против движения выступали все российские партии от правых до большевиков; на крестьянском съезде Минской и (апрель, 800 делегатов) Михаил Фрунзе обвинил Белнацком в желании отдать крестьян «в рабство польским помещикам», и съезд осудил идею политической автономии. Местные эсеры вопреки собственному партийному центру соглашались лишь на административную область, а сторонники создали в противовес Белнацкому Союз белорусской демократии в и Белорусский народный союз в — против автономии и «сепаратных стремлений». выросла до 5 тысяч человек, в основном крестьян в солдатских шинелях, — на 10 миллионов белорусов. Летом возникла Центральная рада белорусских организаций, в октябре она стала Великой белорусской радой; белорусы-военные создали свою войсковую раду. Летом учителя заговорили о белорусизации школы, с 1917/18 учебного года первые белорусские школы появились и к востоку от фронта, а ксендзы-белорусы с согласия виленского епископа Эдварда фон дер Роппа стали употреблять белорусский язык в дополнительном богослужении. Движение при этом раскололось: либералы ушли, католические священники во главе с Фабианом Абрантовичем создали свою христианско-демократическую партию. По Абламейко, весной 1917 года, когда перепись землевладельцев впервые спросила национальность, почти все крестьяне и большинство шляхты Минской губернии назвали себя белорусами. Временное правительство так и не решило вопрос о земле, и в октябре власть в Минске взяли большевики, опиравшиеся на солдат Западного фронта.
«предоставить автономию Беларуси и открыть во всех губерниях школы с беларуским языком обучения. Делегация из 5 человек, во главе со Скирмунтом, отвезла её в Петроград, но там с беларуской делегацией никто не стал разговаривать.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Пять тысяч национально сознательных, политически активных беларусов - это, конечно же, очень мало для 10-миллионного беларуского народа.»Анатоль Тарас, стр. 421
«Он демагогически обвинил членов Белнацкома в намерении отделиться от России и отдать беларуских крестьян «в рабство польским помещикам».»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Никакого «триумфального шествия» советской власти не было — администрация Временного правительства просто развалилась, а белорусские органы (Великая рада, войсковая рада) действовали нерешительно, чем и воспользовались большевики.
«Их триумфального шествия, как об этом позже писали коммунисты, в действительности не было. Произошло иное — быстрый развал администрации Временного правительства.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Однако действовали они нерешительно, чем и воспользовались большевики.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Большевиков белорусская государственность вообще не занимала: пока национальное движение подрывало царизм, они им пользовались, а взяв власть, начали его сворачивать.
«на самой справе бальшавікоў не турбавала пытанне пра беларускую дзяржаўнасць: у важных гістарычных дакументах Беларусь не згадвалася ў кантэксце народаў з правам на нейкую дзяржаўнасць»Аляксей Трафімчык, «Ад Петраграда да Рыгі (1917–1921)»
Слабость движения 1917 года объясняется не только врагами: Временное правительство не поддерживало автономию в интересах России, крестьянство было поглощено землёй и не выражало отношения к самоопределению, а глава Белнацкома Скирмунт слыл защитником помещичьего землевладения. При этом движение шире, чем у Тараса: в октябре 1917 года в Центральной раде насчитывали 27,7 тысячи участников, в Громаде — 10 тысяч членов.
«Сялянства - у патэнцыяле асноўная масавая база беларускага руху - было захоплена самым надзённым для сябе пытаннем аб зямлі і не выказвала выразных адносін да нацыянальнага самавызначэння.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 471
«Асаблівасцю мясцовых эсэраўскіх арганізацый было тое, што ўразрэз з устаноўкамі свайго партыйнага цэнтра яны катэгарычна пярэчылі супраць аўтаноміі Беларусі, згаджаліся толькі на аб'яднанне беларускіх губерняў у адміністрацыйную вобласць.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 469
Затем: после Октября белорусские организации пытаются решить судьбу края на своём съезде
В собрались почти две тысячи делегатов со всей Беларуси, чтобы решить, как ей жить дальше. Большевики разогнали съезд солдатами.
Подробнее: почему и что из этого вышло
В Совнарком Западной области, который большевики создали в , не вошёл ни один деятель белорусского движения. Неожиданно нарком по делам национальностей Иосиф Сталин разрешил провести Всебелорусский съезд и даже дал на него 50 тысяч рублей, рассчитывая, что съезд признает власть Советов. 15 (28) декабря 1917 года в Минске собрались 1872 делегата со всей Беларуси — в основном крестьяне, эсеры и беспартийные. По академическому т. 5, съезд открылся 14 (27) декабря; решающий голос имели 1167 делегатов, и делились они почти поровну между сторонниками Великой белорусской рады и Белорусского областного комитета в , ориентированного на Россию. Солдаты-белорусы в наказах просили установить власть «сермяжника», над которым веками смеялись все. Съезд не требовал независимости: он стоял за автономную Беларусь в составе федеративной России и хотел лишь устроить власть без диктата фронтовых комиссаров. Но и это оказалось слишком: в ночь на 18 декабря по решению Совнаркома Западной области (Карл Ландер) солдаты разогнали съезд и арестовали его президиум и часть делегатов. Делегаты, отгородившись баррикадой из мебели, успели принять резолюцию о республиканском строе и избрать Совет съезда, который ушёл в подполье. После этого национальные демократы решили, что вместе с большевиками белорусский вопрос не решить.
«Ён адкрыўся 14(27) снежня 1917 г. На з'езд прыбылі 1872 дэлегаты, у тым ліку 1167 з правам рашаючага голасу. Дэлегаты па сваіх грамадскіх поглядах складалі дзве амаль роўныя часткі.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «1. Нацыянальны рух. Усебеларускі з'езд і яго разгон»
«Делегаты возвели баррикады из мебели, и пока комиссары преодолевали их да приказывали делегатам съезда «расходиться», успели принять резолюцию о введении в пределах беларуских губерний республиканского строя»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Усебеларускі кангрэс, які адбыўся ў снежні 1917 года, выказаўся за аўтаномную рэспубліку Беларусь у складзе федэратыўнай савецкай Расеі.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «107. Ці была БНР марыянеткавай дзяржавай?»
Съезд — доказательство того, что к концу 1917 года национальное движение стало по-настоящему народным.
«Тая падзея выявіла ўсю шырыню і глыбіню разгортвання беларускага нацыянальнага руху, які стаўся пад канец 1917 г. сапраўды народным»Аляксей Трафімчык, «Ад Петраграда да Рыгі (1917–1921)»
Движение было слабым: месяцем раньше на выборах в Учредительное собрание белорусские партии получили 0,3 % голосов.
«Беларуские национальные партии и организации получили на этих выборах ничтожный процент голосов (0,3).»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Вина за разгон лежит на Северо-Западном обкоме РСДРП(б) и советских органах Западной области: те не вправе были игнорировать почти двухтысячный съезд, а их руководители — военные, среди которых не было белорусов, — не признавали самого существования белорусской нации. При этом силу движения преувеличивать не стоит: на выборах в Учредительное собрание Громада получила лишь 0,6 % голосов, а Раду можно упрекнуть в спешке.
«тым, што з'езд быў разагнаны, - віна Паўночна-Заходняга АК РСДРП(б) і савецкіх органаў Заходняй вобласці. Яны не ў праве былі ігнараваць амаль двухтысячны з'езд прадстаўнікоў беларускага народа.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «1. Нацыянальны рух. Усебеларускі з'езд і яго разгон»
«Аднак кіраўнікі абласных партыйных і савецкіх органаў не прызнавалі факт існавання беларускай нацыі і патрабаванне аб самавызначэнні Беларусі ўспрынялі як антысавецкае, контррэвалюцыйнае.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «1. Нацыянальны рух. Усебеларускі з'езд і яго разгон»
Ответ: избранный разогнанным съездом Совет выходит из подполья, когда большевики бегут из Минска
Когда большевики бежали из , белорусские деятели объявили свою республику — БНР. 25 марта 1918 года они провозгласили её независимым государством.
Территория БНР по Третьей уставной грамоте. подпись нашастр. 423Антон Луцкевич, сыгравший главную роль в провозглашении независимости БНР. подпись нашастр. 424
Подробнее: почему и что из этого вышло
В феврале 1918 года переговоры в сорвались, немцы перешли в наступление, и 19 февраля большевики бежали из , захватив казну. Исполком Совета съезда вышел из подполья и 21 февраля Первой объявил себя властью, создав правительство — Народный секретариат во главе с Язепом Воронко; ни об автономии в составе России, ни о независимости там не говорилось. 25 февраля в Минск вошли немцы: сорвали бело-красно-белый флаг, забрали кассу секретариата. 3 марта Брестский мир поделил Беларусь, даже не упомянув её: северо-запад с и отходил к Германии, южные уезды — к Украинской народной республике. В ответ 9 марта Вторая грамота провозгласила Белорусскую Народную Республику в границах, где белорусы составляют большинство, с правами меньшинств, 8-часовым рабочим днём и отменой частной собственности на землю. В Раду вошли и члены Виленской белорусской рады, в том числе . В ночь на 25 марта, после десяти часов спора, Рада приняла Третью грамоту: из 71 члена Рады за отделение от России голосовали 40, против 22, воздержались 9. БНР объявлялась свободным и независимым государством в составе Минской, и губерний и белорусских частей соседних губерний, раздел по Брестскому миру отвергался. Антон Луцкевич доказывал, что без разрыва БНР формально оставалась частью России. Сторонники союза с Россией (земства, городские думы, российские эсеры и меньшевики, еврейские социалистические партии, в том числе Бунд) оказались в меньшинстве, а земская фракция вышла из Рады.
«25 сакавіка 1918 года ў 3-й Устаўной грамаце Рады БНР Беларусь абвяшчалася вольнай і незалежнай дзяржавай.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «107. Ці была БНР марыянеткавай дзяржавай?»
«Такім чынам, з 71 члена рады БНР за аддзяленне Беларусі ад Расіі галасавалі 40, супраць было 22, устрымалася 9 членаў рады.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Абвяшчэнне БНР»
«Беларусь в нём не упоминалась, мнение её жителей никого не интересовало.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
До 25 марта слово «независимость» было запретным, а Третья грамота стала «фантастически смелым» разрывом с империей, царской или большевистской.
«Гэта ж фантастычна адважны, стратэгічны, далёкасяжны крок тагачасных беларускіх лідэраў — парваць з імпэрыяй, неістотна, царскай ці бальшавіцкай, і з паўтаравекавой акупацыяй»Вінцук Вячорка, «Сувэрэнітэт і незалежнасьць. Ці сказана праўда?»
О БНР стоит судить сдержанно: её провозгласила часть интеллигенции на занятой немцами территории, Германия её не признала, а обращение Рады к кайзеру вызвало недовольство рабочих и крестьян.
«Аднак Германія не прызнала БНР і яе незалежнасць.»Віктар Галубовіч і др., стр. 214
БНР заслуживает критики: вопрос о государственном строе решала никем не избранная Рада; из 71 её члена белорусов было 36, а больше 55 представляли Минск, так что это был в основном минский орган. Поэтому народ мог видеть в БНР образование, созданное группой интеллигенции неконституционным путём.
«У ліку 71 члена рады беларусаў было 36, прадстаўнікоў Мінска - звыш 55 чалавек. Такім чынам, рада БНР па свайму складу была пераважна мінскім органам.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Абвяшчэнне БНР»
«Таму, можна меркаваць, БНР успрымалася народам як фарміраванне, створанае групай інтэлігенцыі неканстытуцыйным шляхам.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Абвяшчэнне БНР»
Под немцами: БНР
Под немцами: на западе и в центре республика работает под охраной оккупантов
Немцы не признали БНР и не дали ей армии. Но белорусы успели открыть школы, выпустить первую школьную грамматику родного языка, издавать газеты и книги и утвердить свой флаг и герб «Погоня».
Деятели БНР (сидят слева: Алесь Бурбис, Иван Середа и другие). подпись нашаМ. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк)
Подробнее: почему и что из этого вышло
Немцы БНР не признали: по миру они обещали не признавать новых государств на землях бывшей империи, и рейхсканцлер ответил Народному секретариату, что Берлин считает Беларусь частью советской России. Не признали БНР и противники Германии — Антанта и США. Армию и милицию держать не разрешили и не пропустили домой 100-тысячную белорусскую армию с Румынского фронта. И всё же под их охраной шла мирная работа. 12 апреля белорусский язык объявили государственным; к июлю в было около 20 белорусских начальных школ, открыли педагогический институт, гимназии в и ; за год вышли 6 газет, 3 журнала и 35 книг. По академическому т. 5, деятели БНР в 1918 году открыли 89 белорусских школ, учительские курсы в и Белорусское научное общество. Тогда же вышла «Беларуская граматыка для школ» Бронислава Тарашкевича (кириллицей и латиницей) — она впервые установила правописные нормы современного белорусского языка. БНР выдавала паспорта, утвердила герб и бело-красно-белый флаг; её, по Шибеке, признали Украина и Литва, затем Латвия, Эстония, Финляндия, Чехословакия. 12 июля секретариат отменил на своей территории декреты советской власти. Но после провозглашения независимости из Рады ушли представители земств, городов, русских и еврейских партий, а Громада раскололась. 25 апреля по инициативе Скирмунта Рада послала кайзеру Вильгельму II телеграмму с благодарностью за «освобождение» (за неё голосовали 35 членов Рады — меньше половины состава); результата она не дала, а движение расколола (Ластовский её не подписал). Литовская Тариба тем временем хотела забрать Вильню и , оставив белорусам лишь автономию. (Наше пояснение: советская историография называла БНР марионеткой немцев; с этим спорят историки национального направления.)
«12 апреля 1918 года Народный Секретариат объявил беларуский язык государственным и обязательным для всех граждан БНР.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«У 1918 г. была выдадзена “Беларуская граматыка для школ” Б.Тарашкевіча (паралельна кірыліцай і лацінкай), дзе ўпершыню былі вызначаны правапісныя нормы сучаснай беларускай мовы.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Культура»
«В 1918 году в БНР на беларуском языке выходили 6 газет и 3 журнала, работали 11 издательств, издавшие 35 книг на беларуском языке.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Официальный школьный учебник пишет, что телеграмма кайзеру «не могла найти одобрения» у народа, но это манипуляция без контекста: все ждали конца Германской империи, а у литовцев такой шаг удался.
«Такі крок не мог знайсці адабрэння ў беларускага народа, які лічыў германскі акупацыйны рэжым варожым.»Вінцук Вячорка, «Пра асобныя пэрыяды (што пэрыяды? эпохі!): БНР»
С точки зрения государственности попытка опереться на немцев имела смысл: только под их охраной белорусы и могли спокойно строить государство.
«Между тем, с точки зрения укрепления беларуской государственности, попытка опереться на немцев имела смысл.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Но, как это ни парадоксально, только под охраной 10-й оккупационной армии немцев беларусы и смогли спокойно заниматься государственным строительством.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
БНР не была марионеткой Германии или Польши: её правительство защищало интересы своего народа.
«Лічыць Беларускую Народную Рэспубліку марыянеткай Нямеччыны, Польшчы ці якой іншай дзяржавы няма ніякіх падставаў.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «107. Ці была БНР марыянеткавай дзяржавай?»
Телеграмма кайзеру заслуживает резкого осуждения: Рада, созданная без участия народа, считала нормой действовать без народа и даже против него; к тому же землю крестьяне от БНР не получили — её отбирали и возвращали помещикам. Но те, кто вообще не считает БНР реальностью, неправы: у неё были связи с Украиной, Литвой, Латвией, Эстонией, Германией, Чехословакией и консульство в Москве.
«Створаная без удзелу народа, рада лічыла для сябе нормай дзейнічаць не толькі без народа, але нават і супраць яго.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Абвяшчэнне БНР»
«Аднак некаторыя вучоныя ў Беларусі зусім не лічаць БНР рэальным фактам. Яны адзначаюць, што БНР не мела тэрыторыі і шэрагу іншых прыкмет дзяржаўнасці. Гэта не зусім так.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Абвяшчэнне БНР»
Слабость: без армии, денег и единства республика держится только, пока стоят немцы
Под большевиками
Под большевиками: восток остаётся у Москвы, где белорусскую нацию отрицают
Восток Беларуси остался у большевиков. Они считали, что белорусы — не нация, не открыли ни одной белорусской школы и силой забирали людей в армию.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Восток Беларуси, не занятый немцами, остался за большевиками — в Западной области (коммуне) РСФСР, центр которой переехал в (наше пояснение). Её руководители — Александр Мясников, Вильгельм Кнорин, Карл Ландер (по академическому т. 5, среди руководивших областью военных белорусов не было вовсе) — отрицали саму белорусскую нацию: белорусы «не являются нацией», и их особенности «должны быть изжиты», писал Кнорин. В Западной области не открыли ни одной белорусской школы и не издали ни одного учебника. В в январе 1918 года большевики создали Белорусский национальный комиссариат (Александр Червяков, Дмитрий Жилунович): он враждебно относился к БНР и мечтал самое большее об автономной области в составе РСФСР, но и это отвергали «областники». Белнацком открывал для белорусов в России школы и клубы и издавал «Дзянніцу» Дмитрия Жилуновича — первую советскую газету на белорусском языке. Деревня жила под продразвёрсткой и комбедами; силой мобилизовали в Красную армию больше 100 тысяч человек, с сентября начался красный террор. В ноябре 1918 года в уезде и губернии вспыхнули восстания против мобилизации, православные шли вместе со староверами; их разбили.
«Мы считаем, что белорусы не являются нацией и что этнографические особенности, которые их отделяют от остальных русских, должны быть изжиты»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «107. Ці была БНР марыянеткавай дзяржавай?»
«Ставленники Москвы не открыли в Западной области ни одной беларуской школы, не издали ни одного беларуского учебника.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Летом и осенью 1918 года в беларуских землях силой забрали в Красную Армию свыше 100 тысяч человек. Тех, кто отказывался, расстреливали на месте.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Восстания 1918 года были стихийными и без общей цели, но показали, что «советская Белоруссия» изначально создавалась на крови народа.
«Тем не менее, все эти события показали, что «советская Белоруссия» изначально создавалась на крови народа.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
У политики были обе стороны: декрет о земле разделил помещичьи земли, и основной массой деревни стали середняки; но комбеды получили право расстреливать тех, кто прятал хлеб.
«У выніку рэалізацыі Дэкрэта аб зямлі змяніўся сацыяльны склад беларускай вёскі: асноўную масу сялян сталі складаць сераднякі.»Віктар Галубовіч і др., стр. 212
«Яны мелі права нават расстрэльваць тых, хто хаваў хлеб і не аддаваў яго дабравольна.»Віктар Галубовіч і др., стр. 213
Давление: с востока растёт сила, которая не признаёт ни БНР, ни саму нацию
У молодой республики не было ни армии, ни денег, ни единства. Её лидеры спорили между собой, а большинство крестьян больше думали о земле, чем о своём государстве.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Почему БНР не устояла? Историки национального направления первыми называют внутренние причины. У Рады не было армии и милиции, не хватало интеллигенции и офицеров, не было денег: национальная буржуазия была малочисленна, помещики — в основном поляки, литовцы и русские — смотрели в сторону Польши, многие евреи — в сторону России, у меньшинств были свои интересы. Правительство за несколько месяцев сменилось трижды (Язеп Воронко, Роман Скирмунт, Иван Середа). К лету 1918 года Громада распалась на эсеров, социал-демократов и социалистов-федералистов, а часть громадовцев ушла к большевикам; социал-демократы, по Шибеке, были «штабом без армии» — рабочих-белорусов было мало. Крестьянство оставалось почти безразличным к национальному движению; ещё в декабре 1917 года Константин Езовитов признавал в письме, что движение не дошло до крестьянской массы и опираться на неё нельзя.
«Беларуское крестьянство, остававшееся почти безразличным к национальному движению, слабо поддерживало Народный секретариат и Раду БНР.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«У сялянскую масу нацыянальны рух яшчэ не трапіў, а таму на іх абапірацца нельга”!.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «1. Нацыянальны рух. Усебеларускі з'езд і яго разгон»
«Эсдэки (братья Луцкевичи, А. Гарун, Б. Тарашкевич, С. Рак-Михайловский, А. Смолич, Я. Лёсик) больше напоминали штаб без армии, ибо рабочих-беларусов было мало.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Главная ошибка: «адраджэнцы» пытались соединить социализм с национальной идеей и отталкивали собственников; крестьяне же поверили обещаниям большевиков дать землю (об этом он пишет резко и оскорбительно для крестьян).
«Весь этот потенциал не только не был использован, но даже не учитывался беларускими «адраджэнцам», пытавшимися совместить несовместимое: социалистическую идеологию с национальной.»Анатоль Тарас, стр. 430
Вина лежит на лидерах: у них не было опыта и сильных партий, они связывали судьбу с уже не существовавшей российской демократией и не решались взять власть.
«Национальные лидеры никак не могли решиться взять власть, наивно надеясь на подарок от большевиков, но в результате получили от них по шее.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Без большевистского переворота Беларусь могла пойти иначе: в 1917 году к белорусскости повернулись многие шляхтичи и аристократы.
«І вось тады ўжо практычна ўсе сяляне і пераважная большасьць шляхты і арыстакратаў Меншчыны назвалі сябе беларусамі.»Сяргей Абламейка, «Маці Беларусі шляхта»
Причина глубже ошибок лидеров: при «размытой» этнокультурной идентичности и глубокой включённости в имперский организм национальные стремления Беларуси тонули во всероссийском противостоянии. У каждого народа империи был путь собственного правового государства, и дальновидная часть белорусской элиты пыталась повести на него белорусов, но условия были крайне неблагоприятны.
«Лакальныя нацыянальна-дзяржаўніцкія памкненні Беларусі з яе размытай этнакультурнай ідэнтычнасцю і глыбокай інтэграванасцю ў агульнаімперскі арганізм пакуль што патаналі ў грандыёзным супрацьстаянні сацыяльна-палітычных сіл і інтарэсаў у маштабах усёй ахопленай татальным крызісам Расійскай дзяржавы.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 484
«Перад кожным народам краіны патэнцыяльна існаваў іншы шлях выратавання з бездані агульнарасійскага крызісу — шлях пабудовы ўласнай прававой дзяржавы і свабоднай грамадзянскай супольнасці.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 486
Когда немцы ушли: слабой республике нечем встретить Красную армию
Германия проиграла войну и ушла, а с востока пришла Красная армия. Правительству БНР пришлось уехать из , и своя республика на родной земле продержалась всего несколько месяцев.
Минск в 1918 году. подпись нашастр. 427Антон Луцкевич, глава правительства БНР осенью 1918 года. подпись нашаМ. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк)
Подробнее: почему и что из этого вышло
Судьбу БНР решили соседи. Литва хотела , поляки — восстановления Речи Посполитой, и идея нового ВКЛ поддержки не нашла. Ленин ещё в январе 1918 года был готов ради сохранения революции уступить Германии Польшу, Литву и другие земли, а Сталин учил, что самоопределение — «средство борьбы за социализм». Осенью правительство Антона вело переговоры с (в октябре — с Христианом Раковским, который, по дневнику Луцкевича, предлагал признать независимость Беларуси при одновременной федерации с советской Россией и советской конституции) и соглашалось даже на федерацию с РСФСР, но большевики не видели смысла давать Беларуси и автономию. После революции в Германии немцы в ноябре 1918 года начали уходить и отказались официально передать власть Раде. 29 ноября Рада снова объявила независимость, но голос без армии никто не услышал. 10 декабря Красная армия заняла , Рада и правительство уехали в Вильню, а затем в . На своей земле БНР продержалась немногим больше семи месяцев. 25 декабря по инициативе Сталина в Москве решили провозгласить советскую Беларусь — об этом следующая эпоха.
«Каб не рызыкаваць лёсам сацыялістычнай рэвалюцыі, У. Ленін быў гатоў згубіць Польшчу, Літву і іншыя тэрыторыі»Аляксей Трафімчык, «Ад Петраграда да Рыгі (1917–1921)»
«Таким образом, деятельность Беларуской Народной Республики продолжалась немногим более 7 месяцев, с 25 марта по 2 декабря.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Аднак бальшавікі нават не звярнулі ўвагі на непадмацаваны ваеннай сілай голас маладой рэспублікі.»Аляксей Трафімчык, «Ад Петраграда да Рыгі (1917–1921)»
Дело обстояло иначе: к осени Германия начала считать БНР дипломатическим фактором — независимая Беларусь убирала «российский клин» между Украиной и Литвой, — но этому помешало поражение в войне.
«Независимое беларуское государство давало кайзеровской Германии возможность ликвидировать опасный российский клин (Беларусь как часть РСФСР), вбитый между новообразованными государствами — Украиной и Литвой.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
Силы вокруг БНР, считавшие Беларусь не готовой к социализму, смотрели на вещи объективно реалистичнее большевиков. Но их ошибка в том, что вместо того чтобы завоевать на свою сторону народ, они искали опору сначала у немецких, а потом у польских «интервентов».
«Замест заваявання народа на свой бок і з яго дапамогай рэалізацыі сваіх планаў яны спачатку спрабавалі знайсці падтрымку ў нямецкіх, а потым у польскіх інтэрвентаў. Гэта была іх памылка.»М. Касцюк, Л. Лыч, А. Літвін, А. Вабішчэвіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), «2. Абвяшчэнне БНР»
Итог: государство удержать не удалось, но язык, литература и символы остались
За эти годы у белорусов появились свой литературный язык, газеты, книги, флаг, герб и мечта о своём государстве. Удержать государство не удалось, но к этой мечте потом вернутся.
Подробнее: почему и что из этого вышло
За полвека белорусы прошли путь от этнографических записей к провозглашённому государству. Появились литературный язык, печать и литература (Богушевич, «Наша Ніва», Купала, Колас, Богданович), первая национальная история, партия, а в 1918 году — республика с флагом и гербом. Но опора у движения была узкой: около тысячи сознательных деятелей накануне войны, несколько тысяч в 1917 году, крестьянская масса, для которой земля значила больше языка, и города, где белорусов было меньшинство. Купала в 1919 году призывал не ждать спасителя со стороны: лучший друг и спаситель — «мы самі». Удалось ли движению главное и что из него выросло, историки оценивают по-разному.
«которая на много десятилетий осталась для беларусов образцом и символом национальной государственности.»сост. Анатоль Тарас, «Глава 3. Краткий очерк политической и культурной жизни (1917–1953 гг.) (Захар Шибека, доктор исторических наук)[67]»
«Самы найлепшы прыяцель, самы найлепшы збаўца наш ад нашага ліхалецця — гэта мы самі.»Аляксей Трафімчык, «Заключэнне»
«А беларуские города и местечки физически не могли воспринять «этнокультурную» концепцию, так как на 90 % были не беларускими.»Анатоль Тарас, стр. 435
Именно БНР, а не БССР, весь XX век была точкой отсчёта для сторонников независимости.
«Хоць у рэальнасьці менавіта БНР, а не БССР, была пунктам адліку для незалежніцкіх сілаў цягам усіх наступных паваротаў беларускай гісторыі.»Вінцук Вячорка, «Брак пасьлядоўнасьці. Лягічныя абрывы і правалы»
Белорусы были почти сплошь крестьянами, и «социальная» мотивация резко преобладала над «национальной» — им хотелось «людзьмі звацца», а не спасать язык.
««Социальная» мотивация резко преобладала над «национальной».»Анатоль Тарас, стр. 434
Обе крайности опасны: и советский миф о том, что государственность белорусам подарил Октябрь, и эмигрантский взгляд на «большевистскую оккупацию» одинаково страдали от идеологии.
«Савецкая гістарыяграфія стварала міф пра тое, што абяздолены беларускі народ толькі дзякуючы кастрычніцкай рэвалюцыі займеў паўнавартасную дзяржаўнасць.»Аляксей Трафімчык, «Ад Петраграда да Рыгі (1917–1921)»
Без своего государства главным объединяющим фактором нации стала культура, а складывание нации тормозили раскол по вере и столкновение польского и русского национализмов; за русским стояла мощь империи, для которой белорусская нация была крайне нежелательна.
«Пры адсутнасці ў беларусаў дзяржаўнасці, самастойных формаў палітычнага і эканамічнага жыцця культура выступіла як важнейшы аб'яднальны фактар.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 415
«Прычым за апошнім стаяла моц Расійскай імперыі, для якой фарміраванне беларускай (як і ўкраінскай) нацыі ўяўлялася крайне непажаданым, бо ставіла пад п. адзінства яе этнакультурнага ядра.»М. Біч, В. Яноўская, С. Рудовіч і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 47
