ВКЛ — часть Речи Посполитой, союза с Польшей, со своим войском, казной и Статутом. Правит выборный король, но реальная сила у магнатов и сейма. Большинство жителей — крестьяне, крепостные у шляхты; в городах живут ремесленники и купцы, многие города живут по магдебургскому праву. Большинство верующих — униаты и православные, у шляхты всё больше католиков. Писали ещё и по-старобелорусски, но шляхта переходит на польский. На юге, на Украине, начинается казацкое восстание, а на востоке ждёт случая вернуть .
Стало · 1667
ВКЛ осталось в Речи Посполитой и вернуло , и , но , , и отошли к . Страна разорена: людей стало намного меньше, особенно на востоке, многие деревни пусты, города сожжены, мастера уведены. Крестьянам тяжелее, чем до войны, шляхта всё больше говорит по-польски и держится католичества. Москва получила опыт войны на этих землях и стала называть здешних православных «белорусцами».
На Украине казаки восстали против польских панов, и восстание перекинулось на юг Беларуси. Крестьяне шли к казакам, а войско гетмана жестоко их подавило.
Гетман Богдан Хмельницкий (из книги Ластовского, 1910). подпись нашаВацлаў Ластоўскі
Подробнее: почему и что из этого вышло
В 1648 году на Украине поднялось восстание казаков Богдана Хмельницкого против польских магнатов и шляхты; в тот же год умер король Владислав IV. Уже летом казачьи полковники (Ластовский называет Антона Небабу) пришли на юг ВКЛ, и часть белорусских крестьян встречала их хлебом-солью: , , открыли ворота, повстанцы брали , , , . Причины были и социальные (тяжесть панщины), и религиозные: восставшие убивали шляхту, католических и униатских священников, евреев. Войска гетмана ВКЛ Януша Радзивилла ответили так же жестоко: Пинск был взят штурмом и разрушен вместе с жителями, жителей Мозыря перебили, под Лоевом в 1649 и 1651 годах повстанцы разгромлены. На юге ВКЛ эта война впервые показала, что часть крестьян готова воевать против собственных панов вместе с пришлыми, — и это сыграло роль через несколько лет. Как называть самих повстанцев, историки расходятся.
«Беларускае селянство вітало казацкае войско хлебам і сольлю і грамадамі прылучалося да яго.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 74
«Тады Пінск быў узят прыступам і зруйнаваны да шчэнту разам з жыцелямі.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 74
«Казаки, а также примкнувшие к ним крестьяне ставили своей целью полное истребление польской и полонизированной шляхты, католического и униатского духовенства, еврейского населения.»Анатоль Тарас, стр. 263
«Огнём и мечом» (1884) — главная польская книга об этом восстании. Белорусское Полесье в ней «тихое и спокойное», а северной границей бунта названа Припять, и перечислены только воеводства Короны. Это расходится с историками: Ластовский и Тарас подробно описывают восстание в Пинске, Мозыре, Бобруйске, Речице. Для Сенкевича восстание — «украинское», а земли ВКЛ — тихий тыл.
«Здешний народ, тихий и спокойный, о бунте не помышлял и даже потом, подстрекаемый казаками и поощряемый их примером, под знамена к ним идти не захотел.»Генрик Сенкевич, «Глава XXV»
«Край от Припяти и до рубежей степных был в огне. Восстание ширилось в воеводствах Русском, Подольском, Волынском, Брацлавском, Киевском и Черниговском.»Генрик Сенкевич, «Глава XVI»
Литовское войско Радзивилла в «Огнём и мечом» — «второй фронт», который «отплатил» казакам за поражения Короны. Сами бои на Припяти и у Лоева в книге не описаны, а поход Радзивилла по Днепру сдвинут во времени и совпадает с осадой Збаража ради драматургии. Хмельницкий называет Мозырь и Туров «своими городами».
«За поражения коронных войск казакам Хмельницкого с лихвой отплатило литовское войско.»Генрик Сенкевич, «Глава XV»
«По слухам, Радзивилл города мои вырезал, Мозырь и Туров; подтвердится это - конец вашим пленным: всем, даже знати, прикажу снести головы, и немедля.»Генрик Сенкевич, «Глава XVIII»
Восставшие крестьяне заслуживают сочувствия: они собирались добровольно, без платы и провианта, а условия мира, предложенные Хмельницким, были справедливы, но сейм их отверг. Так видит дело национальная история 1910 года, написанная с позиции народа.
«Просты народ — селяне пачалі схадзіцца на рады па лесох і па лесох організаваць збройные дружыны»Вацлаў Ластоўскі, стр. 75
«паўстанцы, не беручы ні платы, ні харчоў, — сваей ахвотай зьбіраюцца вялікімі грамадамі і ўсяго маюць паддастаткам.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 76
Повстанцы — «бандиты», а героями выступают города, давшие отпор (Слуцк, Кричев, Минск, Старый Быхов), и войско Радзивилла; украинская историография, напротив, называет восстание национально-освободительной войной. Взгляд тоже национальный, но через столетие после первого.
«Достойный отпор бандиты получили только в Слуцке, Кричеве, Минске и Старом Быхове.»Анатоль Тарас, стр. 263
Поэтому: шесть лет войны с казаками истощили казну и войско, а крестьяне увидели, что можно пойти против панов
К 1654 году Речь Посполитая уже шесть лет воевала с казаками и была истощена. Польские историки (Тымовский и соавторы) видят главную беду в устройстве государства: магнаты ставили свои интересы выше «общего блага», у короля не было сильной исполнительной власти и денег. В 1652 году впервые сорвали сейм по — одному голосу против. Статут ВКЛ требовал от каждого защищать страну, но, по Тарасу, на сбор под пришло около 13 тысяч конных, а с гарнизонами замков — около 20 тысяч против 90 тысяч у и казаков; денег на наёмную пехоту не было. В деревне после восстания было неспокойно, а православные монахи (особенно монастыря под Оршей) рассказывали о «царе-заступнике» единоверцев.
«Упершыню такое здарылася ў 1652 годзе, і з таго часу да 1764 года (калі былі ўведзеныя частковыя абмежаванні правоў шляхты) з 55 соймаў было сарвана 48.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «81. Што такое «лібэрум вета»?»
«Поместная шляхта, давно погрязшая в хозяйственных делах, совершенно не желала воевать.»Анатоль Тарас, стр. 268
«В казне как всегда не было денег, чтобы нанять самые боеспособные войска — немецкую и венгерскую пехоту.»Анатоль Тарас, стр. 268
Слабость объясняется магнатским эгоизмом и слабой властью короля, а не трусостью отдельных людей.
«магнатские слои, не будучи тесно связаны с польским троном, отождествляли интересы Речи Посполитой более со своими собственными, чем с «общим благом».»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 234
Оборона была ещё слабее: крепости не отремонтированы, не было даже великого гетмана, а всё войско, которое собрал Януш Радзивилл, не превышало 10–12 тысяч, и треть его составляло малобоеспособное посполитое рушение.
«Усё войска, сабранае ўрэшце Янушам Радзівілам для абароны краю, не перавышала 10 — 12 тыс., з1х трэцюю частку складала мала на-што-здольнае паспалітае рушанне.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 79
Пользуясь этим: Москва видит, что Речь Посполитая ослаблена, и берёт казаков под свою руку как повод к войне
Казаки, устав воевать одни, попросились под власть московского царя. Царь согласился и пошёл войной на Речь Посполитую под лозунгом защиты православной веры.
Подробнее: почему и что из этого вышло
В октябре 1653 года Земский собор в решил принять Войско Запорожское «под высокую царскую руку», а в январе 1654 года казацкая рада в присягнула царю Алексею Михайловичу. Для казаков, по оценке польских историков, это был логичный выход: он снимал и социальные, и религиозные причины конфликта. Для Москвы это стало поводом к войне, которую, по Тарасу, там хотели давно: отомстить за Смуту и войну и вернуть Смоленск. Война шла под религиозными лозунгами: против унии, католиков и евреев. Как её называть — главный спор эпохи. Советский учебник (Абецедарский) писал о «борьбе белорусского народа за воссоединение с Россией»; белорусские национальные авторы — о нашествии и религиозной войне. (Наше пояснение: современные российские историки, например О. Курбатов, обычно описывают её как войну за земли и влияние, признавая массовое насилие и угон населения.) Послесловие Грицкевича к Ластовскому замечает, что и «русско-польской» её называть неточно: воевало прежде всего войско ВКЛ.
«Вопрос о войне против ВКЛ и Польши был принципиально решен в феврале - марте 1653 года.»Анатоль Тарас, стр. 264
«казакі, як незалежны народ, падаліся пад апеку Масквы ў 1654 гаду, пры царэ Алексею Міхайловічу.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 72
«Установка царя своим войскам говорит сама за себя: «Унии не быть, латинству не быть, жидам не быть». Иначе говоря, война имела ярко выраженную религиозную окраску.»Анатоль Тарас, стр. 265
Союз Хмельницкого с Москвой, на который давило православное духовенство, был для казаков логичным шагом, дававшим автономию Киевскому и Черниговскому воеводствам.
«Такой выход из ситуации был вполне логичен — он устранял социальные и религиозные основания для конфликта.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 231
Это была религиозная война, а не помощь единоверцам; её вдохновителем назван патриарх Никон. Там же — спор с советской формулой «воссоединения».
««унии не быть, латинству не быть, жидам не быть»»сост. Анатоль Тарас, «ВВЕДЕНИЕ: РУССКИЕ И БЕЛАРУСЫ (Вадим Деружинский, журналист)»
«в ходе которой население беларуских земель за 13 лет сократилось на 53,5 % (с 2 млн. 900 тысяч до 1 млн. 350 тысяч человек)»сост. Анатоль Тарас, «Глава 7. Национальная политика коммунистов в БССР (1945–1985 гг.) (Валентин Мазец, кандидат исторических наук)»
Уже тогда киевский митрополит Сильвестр Коссов открыто осуждал московскую политику и разоблачал лозунг «единения трёх славянских народов».
«Мітрапаліт адкрыта асудзіў тагачасную агрэсію Масквы, адным з першых выкрыў дэмагогію «единения трех славянских народов», за якой хаваліся звычайная хлусня ды прага чужога дабра.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «78. Хто такі Сільвестар Косаў?»
Само название войны спорно: «русско-польской» её называют неверно, воевало прежде всего литовское войско. Так пишет Грицкевич в послесловии к Ластовскому (1993), споря с автором книги.
«якія, дарэчы, у гістарычнай літаратуры, нават і сучаснай, няправільна называюцца рускапольскай вайной. На справе ваявала перш за ўсё літоўскае войска»Вацлаў Ластоўскі, стр. 123
Затем: весной 1654 года царские армии и казаки переходят границу
Летом 1654 года московское войско и казаки перешли границу. За полгода они заняли весь восток нынешней Беларуси, и во многих городах убивали жителей.
Походы московских войск и казаков в 1654–1655 годах (карта из книги Тараса). подпись нашастр. 270
Подробнее: почему и что из этого вышло
20 мая 1654 года три московские армии и казаки перешли границу: сам царь шёл на , Шереметев на , Трубецкой на и . Численность называют по-разному: Тарас — около 75 тысяч плюс 15 тысяч казаков, Ластовский — почти 200 тысяч. Полоцк и Могилёв сдались без долгой осады, держался 14 недель, Смоленск сдался в сентябре: по Ластовскому, воевода Обухович был склонён к сдаче, и это открыло путь вглубь страны. В Мстиславле после штурма вырезали укрывшихся в замке (Тарас пишет о 6–10 тысячах погибших), в Могилёве перешедший к царю шляхтич Константин Поклонский приказал убить больше двух тысяч евреев. К зиме у были все земли к востоку от и : по академической «Истории Беларуси», 33 города, а непокорёнными остались лишь и . Царь велел воеводам безжалостно карать города, сдавшиеся не сразу, «в науку другим»: Мстиславль и были уничтожены, жителей перебили или увели в плен. Дольше всех держался Витебск — больше трёх месяцев, в основном силами мещан, — а в обороне многих городов большую роль играли евреи. Цифры жертв по отдельным городам в книгах часто приводятся без ссылок и между собой расходятся, но массовое насилие над мирными жителями описывают все.
«Здача Смаленска насьцеж аткрыла Маскоўскаму войску вароты ва ўсю Беларусь»Вацлаў Ластоўскі, стр. 77
«За 7 месяцев войны московиты захватили все земли ВКЛ восточнее Западной Двины и Днепра, включая 33 города и местечка - от Невеля на севере до Гомеля на юге.»Анатоль Тарас, стр. 278
«Каб зламаць дух супраціўлення, цар загадваў ваяводам бязлітасна караць тыя гарады, якія не паддаюцца ім адразу, — у` навучанне іншым.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 80
Заодно: чтобы привлечь местных православных, царь обращается к «белорусцам» и обещает их щадить
В царских бумагах православных жителей нашего края назвали «белорусцами». Но в их всё равно считали чужими, «литвой», и местные люди это быстро почувствовали.
Подробнее: почему и что из этого вышло
В царской грамоте от 7 марта 1654 года воеводам велено не трогать «белорусцов крестьянской веры», которые не будут сопротивляться. (Наше пояснение: в московских бумагах XVII века так называли православных подданных короля, в отличие от «литовских людей» и от «черкас» — казаков; сами жители ВКЛ называли себя литвинами и русинами.) шляхтич Поклонский, перешедший к царю, представлялся представителем шляхты «». В 1655 году царь включил в титул слова «всея Великия, Малыя и Белыя России». делала ставку на веру: царские грамоты объявляли войну защитой православия, а полоцкий игумен Афиноген Крыжановский уверял, что «белорусцы» все восстанут на ляхов. Но сближения не получилось: по Ластовскому, для Москвы белорусы были не своим народом, а «Литвой», их православие казалось «латинствующим», а униатов считали просто латинянами; уведённых в Московское государство крестьян там звали «литвой», «поляками», «иноземцами». По Тарасу, в московских списках «литовских пленных» — сплошь местные имена: за ВКЛ воевали здешние люди. Так в эту войну имя «белорусцы» впервые прозвучало официально — но из чужих уст и для чужих целей.
«чтоб они белорусцов крестьянской веры, которые против нас не будут, и их жон, и детей не побивали и в полон не имали»Анатоль Тарас, стр. 266
«Выведзеным з Беларусі сялянам, якіх, дарэчы, у Маскоўскай дзяржаве называлі «літвой», «палякамі» «іншаземцамі» і «панамі», і ліку не вялося.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 92
«Многочисленные «росписи литовских полоняников» содержат только беларуские фамилии и имена.»Анатоль Тарас, стр. 279
В «Огнём и мечом» слова «Беларусь» нет вовсе. Литва — одна из «окраин» Речи Посполитой, как Русь; литвин Подбипятка — добрый, наивный великан, над которым коронный шляхтич смеётся как над провинциалом. Так польская культура XIX века видела жителей ВКЛ: «свои», но второстепенные. Историки же показывают, что именно в эти годы соседи начали различать «белорусцев» как отдельную группу.
«Съезд обещал быть многолюдней обычного, поскольку даже шляхта с отдаленных - русских и литовских - окраин, которая ради самих выборов не стала бы в эдакую даль тащиться, устремилась в Варшаву собственной безопасности ради.»Генрик Сенкевич, «Глава X»
«Ну, гляньте, ваши милости, на литву-ботву этого! - закричал пан Заглоба. - Ну как же не потешаться над ним, если он двух слов по-человечески сказать не может!»Генрик Сенкевич, «Глава XXXIII»
Поклонский выставлял себя представителем «Белой Руси», а не Литвы, а царский приказ щадить «белорусцов» противоречил законам ВКЛ, где сдача без боя считалась изменой.
«К. Поклонский позиционировал себя перед царем в качестве представителя шляхты Белой Руси — не Литвы и, тем более, не Речи Посполитой.»Анатоль Тарас, стр. 275
Война стала встречей двух разных культур: белорусы и казаки ждали в Москве близкий православный народ, а увидели чужой; оттого и неудачи Москвы в Беларуси.
«Для Масквы Беларусы не былі рускім народам, але „Літвой“»Вацлаў Ластоўскі, стр. 82
Российская и советская формула о многовековом стремлении белорусов к «воссоединению с Россией» неверна (раздел о войне опирается на работы Г. Сагановича): пропаганда царя имела успех лишь местами и в самом начале войны, а в целом население Беларуси ожидаемой поддержки ему не оказало.
«Ігумен полацкага манастыра Афінаген Крыжаноўскізапэўніваў маскоўскія ўлады, што, як толькі цар прыйдзе з арміяй, «белорусцы де, сколько их есть, все в те поры восстанут на ляхов заодно».»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 79
«У некаторых месцах падобная прапаганда ўсё ж дасягнула пэўнага поспеху, асабліва ў самым пачатку вайны, Але ў цэлым царызм не атрымаў ад насельніцтва Беларусі чаканай падтрымкі.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 79
Восток под царём
На деле: обещания расходятся с делом: на занятых землях начинаются угон людей и грабёж
Новые хозяева уводили людей в плен и продавали, увозили в лучших мастеров. Крестьяне, сначала встречавшие царя хлебом-солью, ушли в леса и начали воевать.
Московские ратники (гравюра XVII века, из академической «Истории Беларуси»). подпись нашаЮ. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк)
Подробнее: почему и что из этого вышло
На занятых землях московские служилые люди брали в плен крестьян и мещан и уводили их в свои поместья, пленных продавали в рабство. Из городов в вывозили ремесленников всех специальностей, иконы, книги, типографии. Белорусские национальные авторы называют число уведённых — около 300 тысяч (у Саверченко и в сборниках Тараса); академическое пособие по экономической истории подтверждает массовый увод крестьян в Русское государство, но точного числа не даёт. Уже в сентябре 1654 года крестьяне повета, встречавшие царя «с хлебом и солью», жаловались ему, что их жёны и дети угнаны, а дома сожжены. Царские власти брали под защиту присягнувшую шляхту, и мужики быстро избавились от надежд на «доброго царя». Уведённых крестьян в Московском государстве обращали в холопов: по академической «Истории Беларуси», один боярин Борис Морозов вывел тысячи белорусских мужиков. А на месте уже с лета 1654 года крестьяне уходили в леса — : они нападали и на московские отряды, и на имения шляхты, присягнувшей царю.
«Из наших городов вывозили в Московию квалифицированных ремесленников разных специальностей — оружейников, ствольников, пороховщиков, слесарей и токарей, серебрянников, резчиков по дереву и кости, замочников, золотых дел мастеров, часовщиков, живописцев-иконописцев, печатников, кафельников и прочих.»Анатоль Тарас, стр. 280
«Партизаны (по московской терминологии — «шиши») не только атаковали московские войска, но также громили поместья шляхты»Анатоль Тарас, стр. 280
«скитаемся по лесам нагие и босые, сидим на попелище, с холоду и голоду вконец погибли и разорены до основания»Анатоль Тарас, стр. 279
«Депортировано» около 300 тысяч человек; во второй половине XVII века белорусы составляли около пятой части жителей Мещанской слободы в Москве.
«Тады расейскія акупанты ажыццявілі дэпартацыю блізу 300 тысяч нашых суайчыннікаў.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «76. Што рабілі беларусы ў Маскве ў XVII стагоддзі?»
Цифру 300 тысяч повторяют без ссылки на источник и добавляют, что уведённые принесли в Подмосковье свои обычаи и говор. Это публицистика, её цифры надо сверять.
«после того, как войска царя Алексея Михайловича увели в рабство около 300 тысяч литвинов»сост. Анатоль Тарас, «ВВЕДЕНИЕ: РУССКИЕ И БЕЛАРУСЫ (Вадим Деружинский, журналист)»
Главное свидетельство — слова самого патриарха Никона: царь собирался вывести и поселить в своих землях не меньше 300 тысяч белорусов. Охота на людей, по оценке авторов, стала государственной политикой, пленных продавали по 3–5 рублей, а после Андрусовского перемирия вернуться разрешили немногим — сотни тысяч остались в Московском государстве.
«Паводле сведчанняў патрыярха Нікана, Аляксей Міхайлавіч планаваў вывесці і пасяліць у сваіх землях не менш за З00 тыс. беларусаў.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 84
«Такім шляхам пасля вайны Маскоўская дзяржава пакінула сабе сотні тысяч палонных і вывезеныя каш-, тоўнасці, у тым ліку кнігі, царкоўныя ўпрыгожанні, званы і інш.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 92
В ответ: угон родных и сожжённые деревни гонят крестьян в лесные отряды
Крестьяне, у которых угоняли родных и жгли дома, собрались в лесные отряды. Они нападали на царские войска и на панов, перешедших на сторону царя.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Уже в июле 1654 года на востоке появились крестьянские отряды самообороны: они охраняли свои деревни и мешали уводить людей в плен. В царских документах их называли . Основу составляли крестьяне с косами и вилами, бывала и шляхта; некоторые отряды насчитывали по нескольку тысяч человек — трёхтысячный крестьянский отряд напал на армию Трубецкого под . Командовали ими и сами крестьяне, как Яким Потапович на , нападавший и на присягнувшую царю шляхту. В 1656–1657 годах сотник казацкого полковника Ивана Нечая Денис Мурашка, назвавшись «белорусским полковником», набрал местных крестьян и повёл настоящую войну против присягнувшей шляхты. Царские власти отвечали карательными походами: в 1655 году воевода Щербатов на Мстиславщине вешал пойманных, другим резал носы и уши, — но движение не прекращалось. С конца 1650-х годов крестьяне всё чаще шли в регулярное войско ВКЛ: в полку Гальяша Сурына они составляли большинство. По оценке академической «Истории Беларуси», идея освобождения от царских войск на время объединила крестьян, мещан и шляхту.
«Ужо ў ліпені 1654 г. там сталі ўтварацца сялянскія аддзелы самаабароны, якія ўзяліся ахоўваць свае вёскі імястэчкі, перашкаджаць выводзіць у палон мясцовае насельніцтва. У дакументах царскай адміністрацыі супраціўленцаў называлі «шышамі».»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 85
«Назваўшыся «беларускім палкоўнікам», яго сотнік Дзяніс Мурашка набраў у сваё войска мясцовых сялян і ўзначаліў сапраўдную вайну супраць прысяжнай шляхты?.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 86
«Злоўленых сялян білі пугамі і вешалі, іншым — адразалі насы і вушы і адпускалі хадзіць па вёсках, каб застрашыць астатніх. Аднак рух не перапыняўся.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 86
Тем временем: пока в лесах шла война, в Москву уводили пленных мастеров и книжников
Многие белорусские мастера, монахи и учёные оказались в — кто по своей воле, кто силой. Там они строили, печатали книги и учили царских детей.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Война перенесла в не только пленных, но и знания. Белорусские резчики, изразечники, оружейники, ювелиры работали на царский двор: в Оружейной палате в 1660 году трудились 68 полоцких и витебских мастеров, изразечников из , и поселили на , а их изразцы украсили московские храмы, Кремлёвский дворец и царскую резиденцию в ; монахи и печатники, которых, по Ластовскому, переманил патриарх Никон, участвовали в исправлении церковных книг. Симеон (Ситнянович) стал учителем царских детей, составил первый устав Московской академии; белорусов называют среди основателей русского театра. По Ластовскому, в Московском царстве тогда было мало школ, и белорусы с украинцами заложили фундамент русской науки и литературы. Для Беларуси это означало обратное: она теряла мастеров и образованных людей, когда сама разорялась. (Наше пояснение: роль выходцев из ВКЛ и Украины в московской культуре второй половины XVII века признаёт и российская наука; спорят о том, насколько решающей она была.)
«Такім парадкам над пачаткам навукі і літэратуры ў расейскай мове працавалі вучоные Беларусы і Украінцы, кладучы моцны фундамэнт да далейшаго яе развіцьця.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 82
«Уплыў беларусаў на духоўную і матэрыяльную культуру Маскоўшчыны быў адчувальны ўжо з часоў Сярэднявечча. У XVII стагоддзі ён стаў вызначальным і абымаў літаральна ўсе сферы жыцця.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «76. Што рабілі беларусы ў Маскве ў XVII стагоддзі?»
«Менавіта выведзеныя з Беларусі кафляры аздаблялі мноства маскоўскіх храмаў, крамлёўскі 'палац і Каломенскую рэ», зідэнцыю цара Аляксея Міхайлавіча.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 92
Тем временем: Москва перестраивает церковную жизнь занятых земель по своему образцу
Вильня, Кейданы, шведы
Дальше на запад: заняв восток, Москва идёт на столицу ВКЛ
Летом 1655 года войско царя взяло столицу ВКЛ , и царь объявил себя великим князем Литовским. Почти вся страна оказалась под чужой армией.
Царь Алексей Михайлович (из книги Ластовского, 1910). подпись нашаВацлаў Ластоўскі
Подробнее: почему и что из этого вышло
Летом 1655 года московские войска взяли и при слабом сопротивлении вошли в (по новому стилю 8 августа). Очевидцы писали о более чем 10 тысячах убитых; город горел неделю. 14 августа царь въехал в полусгоревшую столицу и объявил себя великим князем Литвы, и Подолии, а в титуле стал «всея Великия, Малыя и Белыя России» самодержцем. Затем пали и . Отряды Трубецкого и казаки жгли , , и местечки по ; царь приказывал оставлять за собой пустыню. Устояли немногие: выдержал недельную осаду, держался , свободными остались и Гродненское .
«Тем временем русская армия двинулась на Смоленск и Могилев, и, встретив слабое сопротивление, в июле 1655 г. вступила в Вильно.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 231
«В тот же день он объявил себя великим князем Литвы, Волыни и Подолии.»Анатоль Тарас, стр. 286
«цар Алексей Міхайловіч пачаў першы з цароў Маскоўскіх называць сабе „всея Великія, Малыя и Бѣлыя Россіи Самадержца“.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 81
В ответ: потеряв Вильню, гетман ищет защиты у Швеции, которая как раз напала на Польшу
Шведы напали на Польшу, а уже заняла пол-ВКЛ. Гетман Радзивилл попробовал спасти страну, перейдя под защиту шведского короля, но большая часть шляхты его не поддержала.
Гетман Януш Радзивилл. подпись нашастр. 281
Подробнее: почему и что из этого вышло
Летом 1655 года на Польшу напала Швеция — это вторжение поляки и называют «Потопом». Когда брала , гетман ВКЛ Януш Радзивилл и часть знати 17–18 августа 1655 года подписали в : союз с шведским королём вместо унии с Польшей, с сохранением законов, судов и всех вер. Швеция потребовала большего, и октябрьский акт превращал ВКЛ в её протекторат (академическая «История Беларуси» описывает текст 20 октября мягче — как «равноправную унию» с признанием шведского короля великим князем литовским). Подписали его 1142 человека, но большинство шляхты осталось верным Яну Казимиру, а со смертью Януша Радзивилла в в конце 1655 года соглашение потеряло опору. Многие хоругви восстали против Радзивилла; не сложили оружия отряды Павла Сапеги, которые потом соединились с поляками. Оценки этого шага — одно из самых острых расхождений между польской и белорусской историографией. (Наше пояснение: в романе Сенкевича «Потоп», второй части его трилогии, Януш Радзивилл — образ изменника; этот образ сильно повлиял на польскую память.)
«Восемнадцатого августа аналогичным образом поступил в Кейданах гетман Януш Радзивилл вместе с литовской шляхтой.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 231
«Шведский парламент отказался утвердить Кейданскую декларацию.»Анатоль Тарас, стр. 291
«З удзелам інфлянцкага губернатара шведскага генерала Магнуса Дэлагардзі ў Кейданах вяліся складаныя перагаворы, пакуль 20 кастрычніка не быў прыняты новы тэкст пагаднення, які дэклараваў уступленне ВКЛ у раўнапраўную унію са Швецыяй і прызнанне шведскага караля вялікім князем літоўскім!.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 82
Кейданы — переход гетмана и литовской шляхты «на сторону шведов», в одном ряду с капитуляцией польских войск; верными Речи Посполитой остались лишь отряды Сапеги.
«Не сложили оружия только литовские отряды под предводительством Павла Сапеги.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 231
Кейданы — вынужденный компромисс: спасти от Москвы хотя бы остатки государства. Так же считают и современные белорусские историки, на которых он ссылается.
«Они пошли на уступки друг другу ради того, чтобы спасти от захвата Москвой хотя бы остатки государства.»Анатоль Тарас, стр. 291
Кейданы — последняя попытка белорусско-литовских земель вырваться из зависимости от Польши. Довод, что выхода не было, отвергается: шведов было 3 тысячи, литвинов 30 тысяч.
«Гэта была апошняя паманка Беларуска-літоўскіх зямель, каб выламацца з залежнасьці ад Польшчы.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 81
Радзивилл — сторонник независимости ВКЛ: он рассчитывал защитить страну и от польской экспансии, и от Москвы.
«Страціўшы надзею абараніць дзяржаву, 17 жніўня 1655 года ў Кейданах Януш Радзівіл падпісаў пагадненне аб вуніі Вялікага Княства Літоўскага са Швецыяй, разлічваючы такім шляхам надалей бараніць нашу Бацькаўшчыну ад польскай экспансіі і агрэсіі з боку Масквы.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «73. Чым вызначыўся Януш Радзівіл?»
Затем: в войну втягиваются все соседи, и Речь Посполитую готовы поделить
Соседи уже договаривались, как поделить Речь Посполитую. Но враги поссорились между собой, и страна выжила.
Подробнее: почему и что из этого вышло
В 1656 году на переговорах в под сначала требовала всю Беларусь и Украину, потом соглашалась на границу по , если в остальных землях упразднят церковную унию; шляхта занятых земель торопила мир и грозила перейти в подданство царя. 3 ноября 1656 года перемирие было подписано; по Ластовскому, ему пообещали польский трон после Яна Казимира. (Наше пояснение: Москва испугалась шведских успехов и в том же году сама начала войну со Швецией.) Города один за другим возвращались под власть короля. В декабре 1656 года в Швеция, , трансильванский князь Ракоци и Радзивиллы договорились о разделе Речи Посполитой. В 1658 году Речь Посполитая попробовала примириться с казаками: договор с гетманом Иваном Выговским создавал третью часть союза — «Русь» с равными правами для православных. Но против него выступили и часть казаков, и Москва, и в 1659 году вновь подчинилась царю. со Швецией в (1660) освободил силы Речи Посполитой для войны с Москвой.
«В декабре 1656 г. в местечке Раднот было подписано очередное соглашение, по которому предполагалось разделить Речь Посполитую между шведами, Бранденбургом, князем Трансильвании Дьёрдем Ракоци и Радзивиллами.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 232
«Гарады адзін за адным пачалі варочацца пад ўласць Польскай Рэчыпосполітай.»Вацлаў Ластоўскі, стр. 82
«Баючыся зрыву перагавораў, цар нарэшце дазволіў сваім паслам пайсці на кампрамісны праект, паводле якога Масква згаджалася на мяжу па Бярэзіне, калі на астатніх землях ВКЛ і Кароны будзе скасавана царкоўная унія!.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 83
Тем временем: каждая армия бьёт по «чужой» вере, а сейм ищет виноватых среди протестантов
В этой войне убивали и выгоняли за веру. Московские власти гнали униатов и католиков, казаки — католиков, а сейм изгнал протестантов-ариан.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Война шла под религиозными знамёнами, и страдали все меньшинства. На занятых землях громили униатские церкви и монастыри, закрывали костёлы и школы, их земли отдавали православным монастырям или царю; в 1658 году царь велел выслать из Вильни всех униатов. Оккупационные власти исходили из правил «униатам не быть», «костёлам не быть», евреям в «не быть»; униатских священников велено было казнить, а православные епархии подчиняли патриарху Никону, который назвал себя патриархом «всея Великия и Малыя и Белыя Руси». Казаки в 1657 году замучили в на иезуита Андрея Боболю (позже он стал католическим святым). В самой Речи Посполитой правительство в договорах с казаками 1649 и 1658 годов было готово пожертвовать унией ради мира, а в 1658 году сейм изгнал : протестантов винили в поддержке шведов, хотя, как замечают польские историки, шведам помогала шляхта всех вер. Война, начатая под лозунгом защиты православия, ударила и по православным: Поклонский писал, как московские ратники обдирали церкви монастыря. (Наше пояснение: после войны в Речи Посполитой усилилось отношение к католицизму как к «вере государства», и положение православных и протестантов ухудшилось.)
««Из города Вильны и из иных городов и мест, которые к Вильне близко, униятов всех, кто где живет… высылать вон тотчас»сост. Анатоль Тарас, «ВВЕДЕНИЕ: РУССКИЕ И БЕЛАРУСЫ (Вадим Деружинский, журналист)»
«Оккупанты громили униатские церкви и монастыри, закрывали католические костёлы и учебные заведения, их земельные владения конфисковывали, передавали православным монастырям и церквам или отписывали в личную собственность царя.»Анатоль Тарас, стр. 279
«У.канфесійнай палітыцы акупацыйныя ўлады кіраваліся прынцыпамі: «жидам“в Белой Руси не быть й жития никакого не имети», «униатам не быть», «костелам не быть, а петь в домех».»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 83
Война стала поворотом в отношении к унии. Москва запрещала унию и подчиняла здешнюю церковь своему патриарху, и война во многом развеяла образ царя-освободителя, хотя русофильские настроения среди православных держались до разделов. В Речи Посполитой же к концу 1650-х годов решили, что беды несёт православие казаков, а уния — лучшее противоядие от пророссийских настроений.
«Вайна 1654—1667 гг. паміж Маскоўскай дзяржавай і Рэччу Паспалітай істотна развеяла ілюзіі аб выратавальнай місіі расійскага самадзяржаўя, разбурыла імідж цара-вызваліцеля, хаця русафільскія настроі сярод праваслаўнага насельніцтва былі даволі моцнымі аж да часу падзелаў Рэчы Паспалітай.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 163
«Пры гэтым да канца 50-х гг. запанавала перакананне, што не унія, а праваслаўе ў асобе казакаў 1 ўзбунтаванага народа — прычына бед Рэчы Паспалітай. Менавіта праваслаўе развівала прарускія настроі і памкненні, ад якіх уніяцтва было лепшым проціяддзем?.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 162
Гонения шли и внутри самой Речи Посполитой: изгнание ариан в 1658 году несправедливо — протестанты поддерживали шведов не чаще, чем католическая или православная шляхта.
«Протестанты оказывали поддержку шведам не чаще, чем шляхта католического или православного вероисповедания, однако они дольше и с большей охотой оставались на их стороне.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 233
Поэтому: насилие и гонения отталкивают даже тех, кто присягнул царю
Люди, присягнувшие царю, увидели, что жить стало хуже, и восстали. В 1661 году горожане перебили московский гарнизон.
План Могилёва в середине XVII века. подпись нашастр. 278
Подробнее: почему и что из этого вышло
Уже в феврале 1655 года Поклонский, полгода назад перешедший к царю, восстал против него и написал, что «в лучшей вольности» жили прежде «за ляхами». Из-за грабежей, увода людей и произвола воевод шляхта, мещане и крестьяне, присягнувшие царю, массово «ломали» присягу и воевали и с московскими войсками, и с теми земляками, кто их поддерживал; Тарас называет это гражданской войной. В магистрат, живший по , ссорился с воеводой, а из города вывезли братскую школу с типографией. В феврале 1661 года (по сборнику Тараса 2008 года — 1 февраля) горожане во главе с бургомистром восстали, истребили гарнизон (по академической «Истории Беларуси», 2 тысячи человек) и передали воевод королю; по их примеру восстали , , , , ; патриарх Никон, по тому же сборнику, предал город анафеме (академическая история относит проклятие Никона к 1657 году — за то, что могилёвцы перешли на сторону Речи Посполитой). Для белорусских авторов это главный довод: даже православные горожане не считали освободительницей.
«На оккупированных землях фактически началась гражданская война.»Анатоль Тарас, стр. 294
«У Магілёве мяшчане змовіліся і і лютага 1661 г. са зброяй у руках выступілі супраць маскоўскага гарнізона, знішчылі ўвесь яго склад (2 тыс. чалавек), а ваявод перадалі каралю.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 90
«Мы в лучшей вольности прежде за ляхами были, чем теперь»Анатоль Тарас, стр. 304
Восстание православного Могилёва доказывает, что жители ВКЛ не видели в Москве освободителя.
«Ранним утром 1 февраля 1661 года восстали жители Могилева, во главе со своим бургомистром Леонозичем.»сост. Анатоль Тарас, «ВВЕДЕНИЕ: РУССКИЕ И БЕЛАРУСЫ (Вадим Деружинский, журналист)»
Стремление освободиться от оккупации, охватившее, казалось, все слои общества, было своеобразной формой национальной консолидации. Вслед за В. Мелешко авторы прослеживают путь от промосковских иллюзий через разочарование и раскол к всенародному антимосковскому движению; австрийский дипломат Августин Мейерберг писал, что народ выгнал московитов с той же ненавистью, с каким доверием когда-то принимал.
«Імкненне вызваліцца ад акупацыйных улад, ахапіўшае, здавалася, ці не ўсе слаі грамадства, стала своеасаблівай формай нацыянальнай кансалідацыі.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 90
«Як адзначыў габсбургскі дыпламат Аўгусцін Маерберг, які праязджаў тады праз Беларусь, здзекі і гвалт масквіцян так адвярнулі ад іх сэрцы гэтага народа, што ён «выгнаў іх са сваіх зямель з такой жа нянавісцю, з якім даверам іх калісьці прымаў»'.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 90
Вместе: восстания в тылу и мир со шведами дают Речи Посполитой перевес
Войско Речи Посполитой разбило московские армии и вернуло большую часть страны. В 1667 году заключили перемирие, но остался за .
Война в 1659–1661 годах (карта из книги Тараса). подпись нашастр. 299
Подробнее: почему и что из этого вышло
В 1659 году снова ударила по ВКЛ, и войско Ивана Хованского дошло до . Но после мира со Швецией войска Павла Сапеги и Стефана Чарнецкого в июне 1660 года разбили Хованского у под , в 1660–1661 годах освобождены , , , а под на разгромлена ещё одна московская армия. Победы открывали путь на Москву, но войско ВКЛ создало конфедерацию и туда не пошло. Однако казна была пуста, наёмники бунтовали из-за невыплаченного жалованья, военные конфедерации (в ВКЛ — «Братский союз») парализовали войско и срывали реформы двора, а в 1662 году жолнеры убили гетмана Винцента Гонсевского; на землях свирепствовали голод и чума. В январе 1667 года в деревне под заключили перемирие на 13,5 лет: Речь Посполитая вернула и , но Смоленская земля, , и остались за Москвой, а , отданный «на два года», — навсегда. Территория ВКЛ, по академической «Истории Беларуси», сократилась с 370 до 312 тысяч км²; в 1678 году Москва вернула ещё , и . Из пленных вернуться разрешили лишь немногим — духовенству, шляхте, солдатам, евреям; основная масса уведённых крестьян и мещан осталась в Московском государстве. По «Вечному миру» 1686 года Москва получила формальное право защищать православных в Речи Посполитой; Тарас называет это «миной замедленного действия», сработавшей при разделах.
«Разам з ім армія Паўла Сапегі 28 чэрвеня 1660 г. у бітве каля Палонкі, што пад Баранавічамі, разграміла войска Хаванскага.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 89
«Левобережная Украина отходила к России; Киев передавался России только на два года, но де-факто — навсегда.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 234
«По его условиям за Москвой остались Смоленское воеводство, поветы Стародубский и Черниговский, а также часть Украины от Путивля до Днепра.»Анатоль Тарас, стр. 300
Цена: война кончилась, и стало видно, сколько людей она унесла
Война, голод и чума унесли огромную часть людей — по разным подсчётам, от трети до половины жителей, а на востоке ещё больше. Деревни зарастали лесом.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Что потери были катастрофическими, согласны все книги, но цифры у них разные, потому что считают разное. Тарас, по «Энциклопедии истории Беларуси», даёт население всего ВКЛ (вместе с ): с 3,86 до 1,99 млн, на 48 %. Белорусские авторы, считающие в границах нынешней Беларуси, пишут о падении с 2,9 млн до 1,35–1,4 млн, то есть на 52–53 %. Польские историки называют для всей Речи Посполитой от войн середины века 35–40 %. Академическая «История Беларуси» приводит и цифры по городам: потерял 93 % дворов-«дымов», — 94 %, — около 76 %; в имении под хозяйств стало меньше на 81 %, крестьяне лишились 88 % коней и 97 % волов. Она же поправляет распространённое мнение, будто шляхетские имения пострадали меньше церковных и государственных: на западе это так, но на востоке разорены были все. Хуже всего пришлось востоку: Полоцкий, , поветы потеряли 69–72 % жителей; в Витебском повете пустовало три четверти пашни, а к началу XVIII века — 71,5 % волок в Гродненской экономии. По подсчётам экономистов, уровень середины XVII века был достигнут только через 125 лет (с учётом новой опустошительной Северной войны). .
«Население ВКЛ сократилось с 3,864 млн. чел. до 1,994 млн. чел. — почти вдвое (на 48,4 %).»Анатоль Тарас, стр. 301
«з 2,9 млн даваеннага насельніцтва ўцалела толькі каля 1 млн 400 тыс.»Віктар Галубовіч і др., стр. 104
«Магілёў страціў 1790 (каля 76 96) дымоў, Полацк — 1398 (93 76), Быхаў — 1296 (65 %), Віцебск — 925 (94 96), Копысь — 183 (амаль 41 96).»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 122
Погибли 53 % населения (в некоторых поветах — до 75 %); это величайшая трагедия белорусов, о которой в советское время запрещено было упоминать.
«У бітвах, пры асадах гарадоў, ад гвалту загінулі 53 адсоткі насельніцтва Беларусі, у некаторых жа паветах — да 75 адсоткаў жыхарства.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «141. Якія войны прынеслі найбольшыя страты народу Беларусі?»
Потери раскладываются так: около 41 % погибших и ещё 10 % уведённых. Цифры даны без ссылок на источник.
«А всего в этой войне от рук захватчиков, от принесенной ими эпидемии чумы, от голода и холода погибло почти половина населения страны — около 1 млн. 200 тысяч (41,3 %).»сост. Анатоль Тарас, «ВВЕДЕНИЕ: РУССКИЕ И БЕЛАРУСЫ (Вадим Деружинский, журналист)»
Для всей Речи Посполитой цифра меньше, 35–40 %, и главное здесь — последствия: помещики ответили на нехватку рук ростом барщины и фольварков.
«Уменьшение численности населения в результате войн середины столетия, составлявшее 35—40%, определяло способы, с помощью которых предпринимались попытки преодолеть кризис»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 243
Итог: обескровленный край надолго меняет культуру и общество
После войны страна была пустой и бедной, а прежние города и книжность — разрушены. Шляхта стала держаться за всё польское, а крестьянам стало ещё тяжелее.
Подробнее: почему и что из этого вышло
Война 1654–1667 годов изменила белорусские земли надолго. Были выбиты именно те, кто держал старую культуру: горожане, ремесленники, православные и униатские книжники, жители восточных поветов. Академическая «История Беларуси» делает отсюда главный вывод: потери были невосполнимы, ремесло в городах так и не вернулось к довоенному уровню, и белорусы уже тогда стали народом с неполной социальной структурой, почти целиком крестьянским. Восстановление легло на крепостных: шляхта видела в нём возвращение своего прежнего достатка и усилила барщину. Белорусские историки разных направлений сходятся, что после войны ускорилась , но объясняют её по-разному. Отношение к как к врагу толкало шляхту к польской культуре. Ластовский добавляет церковную сторону: западнорусская православная церковь перешла под власть московского патриарха, лучшие силы ушли в Москву, и начался быстрый упадок белорусской литературы. (Наше пояснение: формально Киевская митрополия, к которой относились православные епархии ВКЛ, подчинена Московскому патриархату в 1686 году, а не в 1667-м.) Самоназвание «белорусцы», прозвучавшее в московских бумагах, к самим жителям тогда ещё не перешло.
«Она /война/ стала своеобразным водоразделом в истории беларуского народа.»Анатоль Тарас, стр. 303
«Целое столетие здесь не могло восстановиться ни население, ни хозяйство.»Анатоль Тарас, стр. 302
«Беларусы ўжо тады сталі народам з, няпоунай сацыяльнай, струнтурай, а амаль цалкам сялянскім.»Ю. Бохан, П. Лойка, Г. Сагановіч, У. Емельянчык і інш. (гал. рэд. М. Касцюк), стр. 93
Книга заканчивается взглядом вперёд: кровь и ненависть между «народами-побратимами», затем мор и шведский «Потоп». Для Сенкевича это трагедия братьев-шляхтичей, а не народная война; белорусские земли и их потери в романе вовсе не видны. Историки, напротив, считают главной жертвой середины XVII века именно население ВКЛ.
«Ненависть вросла в сердца и отравила кровь народов-побратимов, и долгое время ни из одних уст нельзя было услышать слов»Генрик Сенкевич, «Эпилог»
Война — водораздел: до неё — Скорина, Статуты, государственный язык; после — долгая борьба за право «людзьмі звацца». Так видит и историк Павел Терешкович, за которым следует Тарас. Парадокс, по Тарасу: война под знаменем православия открыла шлюзы полонизации.
«Именно «потоп» середины XVII века «открыл шлюзы» для целенаправленной полонизации Литвы и Руси, т.е. Западной и Восточной Беларуси.»Анатоль Тарас, стр. 303
Полонизация связана с антимосковскими настроениями: шляхта искала опору в Польше против Москвы.
«Вынікам гэтай вайны было і тое, што антымаскоўскія настроі стымулявалі рост паланізацыі.»Іван Саверчанка, Зьміцер Санько, «141. Якія войны прынеслі найбольшыя страты народу Беларусі?»
Вся Речь Посполитая показала и слабость, и живучесть, но шляхта уроков не извлекла и по-прежнему видела главную угрозу в короле, а тяготы восстановления переложила на крестьян.
«Все тяготы по восстановлению страны, которое воспринималось шляхтой как восстановление своего прежнего уровня жизни, легли на плечи крепостного крестьянства.»М. Тымовский, Я. Кеневич, Е. Хольцер, стр. 235
